Художник? Да! Что написали? Мошонку к брусчатке прибил!



Художник? Да! Что написали? Мошонку к брусчатке прибил!

Когда речь заходит о современном искусстве, автору на память сразу приходит относительно свежий анекдот:



— Добро пожаловать в наш оупенспейс!

— Да это же заброшенный подвал…

— Это лофт!

— Боже Иисусе, там в углу крысы наркомана доедают…

— Это перформанс!

В самом деле, современное искусство вызывает не просто массу вопросов. То какой-нибудь «художник» вроде Тимоти Пэтча напишет портрет Барака Обамы собственным пенисом, то художница, известная как Мило Муаре, в промежутках между голыми перформансами малюет что-то на полотне собственной вагиной, то небезызвестный Павленский приколотит самое дорогое к брусчатке Красной площади.

Мило Муаре за творческой деятельностью

Был у автора и опыт личного знакомства с так называемым современным искусством. Это произошло в Краснодаре. В краевую столицу приехали какие-то «креативные» современные художники, но выставка, правда, проходила не в музее или какой-нибудь художественной галерее, а в одном из коробкообразных торговых центров. Но я, не будучи ханжой, решил взглянуть, чем высокохудожественным ныне окормляют общество.

Контраст резанул глаза с самого начала. Организаторы в попытке обезьянничать западные глянцевые приёмы даже подавали шампанское. Правда, на хрустальные или стеклянные бокалы денег не хватило, поэтому посетители сосали благородный напиток из пластиковых стаканчиков.

Не менее контрастно выглядели и девушки, разукрашенные набирающим популярность боди-артом. Правда, и здесь организаторам, видимо, не хватило финансов на профессиональных моделей, а их место заняли более раскрепощённые провинциалки, явно давно не посещавшие спортзал. В общем, начало было многообещающим.

В итоге я полчаса болтался по экспозиции, ощущая острое чувство deja vu. Наконец меня осенило. Я стоял посреди шоу-рума а-ля IKEA, который обустроили расхрабрившиеся, но в стельку пьяные дизайнеры. Картины, похожие на обои, перемежались скульптурами в стиле застывшая ложка ряженки. Посреди этого высокохудожественного безумия бродили претенциозные посетители, которые, что было видно, пришли для проформы и парочки селфи. С тех пор ничего не изменилось.


У художника творческий кризис — у него запор!


К сожалению, положение, согласно которому Запад остаётся законодателем моды, обрело почти официальный status quo. И касается это почти всего. Стоило на Западе распространиться спиннерам, так невозможно стало в России за хлебом сходить, чтобы не услышать назойливого жужжания. Наступила мода на роллы, как даже в провинции в кабаке средней руки пара таджиков уже лепили эти фигурки из холодного риса и рыбы.

Тем более это касалось и «искусства». Но для этого сам Запад прошёл очень длинный путь. И «художница» Мило Муаре отнюдь не апофеоз этого деградирующего пути. До неё были куда более… экзотичные представители.

Так, в далёком 1961 году, когда Юрий Гагарин осваивал космос, итальянский «художник» Пьеро Мандзони произвёл и распаковал по консервным баночкам собственные фекалии. В 2007 году один из экземпляров был продан за 124 тысячи евро на аукционе Sotheby’s.

«Творение» Мандзони, консервированное

Не отставал от Мандзони и Лучо Фонтана, творивший (или вытворявший) до начала второй половины ХХ века. Лучо просто резал холст и вставлял «произведение» в рамку. В 2012 году один из его ножничных шедевров продали на лондонском аукционе за 1,5 млн долларов.

Шедеврами считались и утюги с приваренными гвоздями от Ман Рэя, и каракули мелом на метровом холсте от Сайя Твомбли, и скульптура под названием «Фонтан» в виде бывшего в употреблении писсуара от Марселя Дюшана. И как забыть Джексона Поллока, прославившегося как «великий разбрызгиватель»? Персонаж просто брал кисть, макал её в краску и брызгал на холст. Вдохновение сей гений черпал из бутылки, а потому погиб, будучи скотски пьяным, в автокатастрофе в 1956 году. Впрочем, это не мешает аукционам продавать алкогольные галлюцинации Поллока за миллионы долларов.

На столь пёстром фоне даже пресловутый Малевич с его «Чёрным квадратом» рискует прослыть самым оголтелым консерватором и ретроградом.

Но верно, наиболее показательной является история другого «шедевра» — произведения под название «Лежащая скульптура» авторства некоего Карла Андре. Родился Карл в американском захолустье в Массачусетсе, но, проучившись пару лет в Академии Филипса, изучая искусство, быстро смекнул, что под пафосным соусом демагогии на рынке искусства можно продать хоть металлолом.

Как-то раз этот американский парубок озарился «гениальной» идеей и рванул в… магазин строительных материалов. Прикупив 120 кирпичей, он уложил их слоями и мигом перевёз новое «творение» в ближайшую галерею, заранее прикрепив ценник в 12 тысяч долларов, по 100 «зелёных» за штуку. Но в родных штатах ценителей не нашлось, поэтому Карл разобрал «скульптуру» и отвёз вдохновение обратно на склад стройматериалов. Однако в прессе появилась заметка о столь громком культурном событии в жизни страны.

Художник Карл Андре в процессе создания очередного шедевра

Вскоре творцу позвонили из знаменитой британской галереи Tate Britain с предложением приобрести «Лежащую скульптуру». Карл преобразился и снова рванул в магазин стройматериалов. Новый шедевр был сложен буквально за считанные часы. Творец также составил подробную инструкцию, как нужно правильно сложить кирпичи, чтобы точно отразить каждую неповторимую деталь его произведения. Ящик с кирпичами заколотили и отправили через океан.

В галерее Tate, в которой экспонировались работы Матисса, Родена и Тёрнера, высококлассные искусствоведы поработали каменщиками и воспроизвели уникальную скульптуру. Как ни странно, но творение пользовалось большой популярностью. Правда, нашлись и скептики, да ещё и с чувством юмора. В ночь после открытия выставки неизвестные сложили десятки кирпичей штабелями перед парадным входом в галерею. А один весельчак-парламентарий даже приволок в парламент кастрюлю и предложил Tate выкупить её.

Но цунами восторгов было уже не остановить. Репутацию и деньги зарабатывали все — журналисты, критики, искусствоведы, «прогрессивные» политики и т.д. Естественно, зарабатывал и сам художник. Андре не стал мудрить и до сих пор раскладывает свои кирпичи и прочий стройматериал разнообразными геометрическими фигурами и неплохо на этом зарабатывает.


Ко взаимному удовольствию сторон…


Кроме глубинных причин современного состояния искусства, которые мы оставим, так сказать, на сладкое, есть причины более чем прозаичные. Хоть клубок финансовых интересов относительно прозрачен, всё же есть бенефициары не столь открытые.

Искусство всегда шло рука об руку с меценатством и благотворительностью. И, несмотря на весь флёр благородства, эти явления всегда были с душком, как и упитанные меценаты. Конечно, среди состоятельных особ встречаются истинные поклонники искусства, но также не стоит забывать известную фразу, приписываемую Карлу Марксу: «Нет такого преступления, на которое не пошел бы капиталист ради 300 процентов прибыли».

В самом деле, сколько бы сладких сказок про социально ориентированный бизнес ни рассказывали на первом и втором курсах вузов, истина одна — главная цель любого бизнеса — это прибыль. А игра в меценатство просто идеальный выход. С одной стороны, она отлично латает репутацию в глазах общества, и одновременно это замечательный способ вывода серых средств и неуплаты налогов.

К примеру, первый официальный миллиардер на планете Джон Рокфеллер делал именно так. Его «страсть» к меценатству подспудно аннигилировала результаты его прямой предпринимательской деятельности вроде бойни в Ладлоу в 1914 году, когда нанятые Рокфеллером бойцы национальной гвардии Колорадо и агенты детективной конторы атаковали лагерь бастующих шахтёров. В тот трагический день погибли 19 человек, включая женщин и детей.

Это высокое искусство — вы ничего не понимаете

Правда, и сами «люди искусства» не отстают. Можно вспомнить хотя бы русофобку и актрису по совместительству Чулпан Хаматову с её, мягко говоря, странными телодвижениями с фондом «Подари жизнь». Но не будем отвлекаться…

Кроме имиджа, есть и вполне конкретные материальные вещи, а потому меценатство открывает для состоятельных граждан приличный простор для манёвра. Так, имеет некий бизнесмен десяток-другой миллионов долларов, с которых платить налоги не хочется от слова совсем. Что делать?

А персонаж берёт в наём какого-нибудь «художника», который пару раз засветился в прессе приклеиванием, вколачиванием или, наоборот, отрезанием чего-нибудь «творческого». Нанятый работник пачкает холст, неважно в какой манере, а далее за дело берутся критики, блогеры и журналисты. Благо этой челяди хватает, и они тоже хотят вкусно есть.

Одним из ярких относительно недавних примеров таких критиков является Антон Долин, который яростно расхваливал фильмы и проекты «расово» правильные и предавал анафеме те, которые не вписывались в его повестку. Правда, не одной повесткой был сыт Долин. Задолго до начала СВО и бегства Антона в Прибалтику другой кинокритик Мария Кувшинова назвала Долина иконой кинокритической коррупции, что не лишено оснований. Но мы снова отвлеклись.

После нечеловеческой работы мысли критиков состоятельный господин выкупает у новоявленного художника его шедевр за баснословные деньги. По факту пачкун получает на руки за холст, краски и на еду, так же как и вышеназванные критики. А вот шедевр передаётся какому-нибудь музею, а богач становится меценатом, что уплату налогов не предусматривает. Просто, как мычание, и гениально, как картины Айвазовского. Все в плюсе, кроме общества, естественно.


Деньги без политиков не делят!


Разумеется, к подобным достаточно бюджетным средствам и схемам, да ещё и с налётом творческой «непогрешимости», не могли не присмотреться политики. Это раньше истинные художники корпели над своими произведениями месяцами, а то и годами. Это раньше талант, упорство и трудолюбие ковали их характер, надежду на признание и, конечно, возможность «взбрыкнуть». А теперь, когда творение создаётся за считанные минуты, а сам творец в глубине души понимает, что без ангажированных СМИ и заинтересованных лиц его работы не станут экспонировать даже в районной библиотеке, направлять в нужное русло этот «актив» куда проще.

Также данный послушный «актив» является отличным инструментом идеологической и информационной борьбы. К тому же всё тот же искусственный флёр бунтарства и свободолюбия создаёт немалый вес разглагольствованиям разнообразных художников.

Иллюстрацией к данному положению дел является вышеназванный Пётр Павленский, который в России то уши резал, то рот себе зашивал, то двери госучреждений поджигал. Всё это подавалось как акция необычайной творческой храбрости в борьбе с «кровавым режимом». Имя Павленского регулярно мелькало и в отечественной оппозиционной прессе, и в СМИ Запада. Но стоило Пете заняться своим «творчеством» во Франции, как ему устроили вояж по местным психушкам и пенитенциарным учреждениям, а СМИ быстро о «художнике» забыли.

Пётр Павленский и очередной шедевр

Но промышленная политическая эксплуатация всяких бунтарских «художников» с их фекальными баночками и каракулями на холстах началась не сегодня и даже не вчера. В приручении и даже производстве творческих «интеллектуалов» США и Европа достигли выдающихся успехов. Один Конгресс за свободу культуры, созданный и финансируемый ЦРУ с 1950 года, дорогого стоит. В период своего расцвета контора под разными названиями функционировала в 35 странах. Некоторых «интеллектуалов» эта контора буквально вырастила, как ананасы в оранжерее. К примеру, именно Конгресс финансировал писателя Генриха Бёлля, антисоветчика и ветерана вермахта, который под левой риторикой прекрасно скрывал ненависть к СССР.

В 50-е и 60-е годы противостояние Запада и Востока было очевидным по всем фронтам. Однако многие творцы на Западе открыто тяготели к Советской России, а грандиозное культурное наследие только усиливало позиции России на культурном фронте.

Требовался сильный противовес. И его нашли в виде «современного искусства» — забавной и токсичной смеси авангарда, модернизма, примитивизма и абстракционизма, а порой одно выходило из другого. А так как в России всё это не приветствовалось, то изящным движением руки янки натянули старую демагогическую сову про «свободу творчества» на всё тот же глобус.

На практике это реализовывалось не только через разнообразные фонды, бравшие под опеку «правильных» художников, но и через создание целых музеев. Так, в 60-х годах под своё крыло собрал целый сонм современных художников Нельсон Рокфеллер, который с начала 40-х был владельцем Музея современного искусства в Нью-Йорке. Казалось бы, ну очередной богач со специфическим вкусом.

Не всё так просто. Данный отпрыск семейства Рокфеллеров был не только богачом. Он был политиком, губернатором штата Нью-Йорк, а позже и вице-президентом. При этом Нельсон слыл либералом, потому и вращался вокруг клана Кеннеди в момент их популярности. Ему даже доверили возглавить комиссию по расследованию деятельности ЦРУ на территории Соединенных Штатов. Уже значительно позже бывший директор ЦРУ Уильям Колби в 1978 году рассказал, как Нельсон Рокфеллер прямо попросил его умолчать о наиболее разительных фактах нарушений ЦРУ всех человеческих прав, учитывая специфические «культурные» операции управления.

То есть в тот момент, когда ЦРУ окучивало «интеллектуалов» в Европе и США, Рокфеллер, скрывавший позже делишки управления, якобы чисто благотворительно прикармливал художников… Кстати, эти самые художники почти сразу были возведены на пьедестал как образцы свободного самовыражения, способного существовать исключительно в «свободном» американском обществе.


Молчать, невежды…


Разумеется, и у нас, и на Западе разумных людей хватает. Но стоит вам открыть рот, дабы высказать своё критическое мнение по поводу очередного маляра в берете «художника», как на вас обрушится такой вал травли, что только держись. Всё стандартно и предсказуемо — вы мгновенно превратитесь в невежественного ретрограда, а далее вам перечислят все регалии очередного художника, упоминания в прессе и прочее…

Ещё в 70-х годах ХХ века американский писатель и журналист Том Вулф взвалил на себя крест вопиющего в пустыне. Именно Вулф назвал «авангард» антиискусством и простой индустрией. Более того, он даже сделал печальное пророчество, что очень скоро отпадёт даже необходимость выставлять образцы этого «искусства», вместо них будут вывешивать оценки искусствоведов.

Скульптура на фестивале современного искусства в Праге, 2019 год

Забавно, но этот прогноз сбылся почти сразу. Будто издеваясь над Вулфом, американское издательство Harmony Books издало в 1974 году книгу под названием The Nothing Book, т. е. книга «Ничего», или «Книга ничто». За шикарной суперобложкой был набор… абсолютно пустых страниц. Единственное, что было написано в книге, — это высоколобое пояснение от издательства, которое после переиздания обросло ещё и рецензиями от всё тех же критиков.

Как автор уже указал, без послушного и ангажированного медийного пространства, которое ярко показало себя во всех красках уже в XXI веке и особенно после начала СВО, бунтарские творцы новой формации пусты, как полковой барабан. Они импотенты даже без банального объяснения собственных действий. Вот зашил очередной чудик себе рот — против чего же он выступает: против Путина, или против своего лечащего врача логопеда, или проклятый дантист нашкодил? И тут на помощь сразу бежит толпа критиков, журналистов и экспертов. Такие без поводка не останутся.