США начали общаться с Зеленским в другом тоне



США начали общаться с Зеленским в другом тоне


Фото: Global Look Press

Президент Украины все чаще слышит от властей США «нет», когда делится с ними своими планами на будущее. Победа республиканцев на выборах в Конгресс заставила Вашингтон скорректировать свою политику помощи Украине. Насколько критичны эти перемены для Киева? И чего не хватает, чтобы они стали по-настоящему критичными?

Владимир Зеленский успел отвыкнуть от того, что американцы отказывают ему в простых просьбах. Нельзя сказать, что вообще ни в чем не отказывают – истребители он, например, просил, но не получил, но в чем-то подешевле давно не отказывали. Хочешь выступить в толстовке с трибуны Конгресса – пожалуйста. Миллиардный гонорар («на нужды ВСУ») гарантирован.

Но теперь все как будто бы изменилось. Во-первых, отклонена его просьба выступить с видео-стендапом на церемонии вручения премии «Оскар» (причем отклонена вторично). Мелочь, конечно, баловство. Но, может быть, звезда серии фильмов «Любовь в большом городе» десятилетиями только об этом и мечтал – выступить на «Оскаре», но в итоге не прошел по таланту ни как актер, ни как политик.

Второй отказ, поступивший парой дней ранее, выглядит гораздо серьезнее. Как признался сам Зеленский на канале CNN, новый спикер Палаты представителей США Кевин Маккарти отклонил его личное приглашение посетить Киев. Причина – некоторые однопартийцы Маккарти открыто сомневаются, что Киев вообще достоин помощи. Другими словами, спикер должен балансировать между мнением республиканцев-«ястребов» и республиканцев-изоляционистов.

По мысли Зеленского, Маккарти «стоило самому посмотреть, что происходит на Украине», чтобы «определиться со своей позицией». Как заявил сам Маккарти, «информации из брифингов и других источников» для него вполне достаточно. Но самое интересное в его позиции – тон.

«Моя точка зрения состоит в том, что я ни на какие нужды не стану выдавать незаполненный чек», – отрезал спикер.

Выходит, новая метла все-таки по-новому метет. Маккарти стал спикером только в конце января и путем многочисленных компромиссов с критиками официального Киева. Он обещал контролировать расходы на Украину и пресечь любые бессмысленные траты. И он достаточно опытный политик, чтобы не вписываться в шоу-программы Зеленского с «потемкинскими деревнями».

Действительно, факты коррупции и прочих махинаций на сотни миллионов выявляются не путем экскурсий по древней русской столице и очных встреч с профессиональными очковтирателями из команды Зеленского.

Тем не менее перемены в отношении к украинским властям и их «хотелкам», пускай и довольно неприятные для Украины, – совсем не те, какие отвечали бы интересам России и мира во всем мире (сколь бы пафосно это ни звучало). Пока еще не те.

У Маккарти нет личных причин брать Украину на содержание, как, например, у президента Джо Байдена (по крайней мере, его дети не засветились в украинских коррупционных схемах). Но Маккарти абсолютно системный политик, тертый аппаратчик и гармоничный член американской элиты, а не бунтарь вроде Дональда Трампа.

Маккарти прекрасно осознает, зачем и против кого на самом деле борются Соединенные Штаты. Его в полной мере устраивает стратегический курс на сдерживание России и закабаление Евросоюза. Он проинформирован, что связанный со всем этим кризис отвечает долгосрочным интересам США, куда теперь перебегают европейские предприятия, а также интересам американских военно-промышленных и энергетических компаний (последние уже замучились считать сверхприбыль, образовавшуюся от поставок СПГ в Европу).

Как своего рода аудитор, прилипший к программе «ленд-лиза для Украины», он гораздо лучше многих осведомлен и о том, что с начала года Киев получил от США чеков и военных грузов больше, чем за весь предыдущий год. Это – размер ставки, которую сделал Запад на так называемое весеннее контрнаступление ВСУ. И Маккарти совсем не тот, кто хочет или может сбросить ее со стола. Его максимум – минимизировать «нецелевое расходование» выделенных средств, прежде всего со стороны Украины, руководству которой он не собирается верить на слово.

Кстати, примерно тем же в годы Второй мировой занимался будущий президент и закоперщик первой холодной войны Гарри Трумэн и тоже – по мандату Конгресса. Благодаря ему, воровство предназначенных для СССР средств и грузов удалось существенно сократить, а сам Трумэн вошел в топы американской политики.

Зеленскому перемены наверняка не нравятся. Для таких деятелей, как он, финансовая прозрачность просто губительна, кроме того, процедуры Конгресса наверняка крадут время. Но главное – это все-таки тон, с которым обращается с ним Маккарти. Этот тон дает понять, что Зеленский не главная «звезда» программы и не «жертва», помогать которой для США вопрос чести, а наемный менеджер, которому поручили проект и теперь требуют товарные чеки для отчетности.

Такой подход рачительным и турбопатриотичным республиканцам гораздо ближе, чем инсинуации Байдена о борьбе за свободу и демократию на Украине. Но суть та же – вооружение киевского режима с расчетом на то, что он сможет нанести военное поражение России, и ставка Запада сыграет, как нужно.

Только в том случае, если эта ставка уйдет в доход Москвы, и скепсис насчет дальнейшей помощи ВСУ в рядах республиканцев увеличится, Маккарти сделает еще один шаг в сторону от того, что Украина считает «союзническими отношениями». Но не раньше.

Раньше, строго говоря, нет смысла. Колоссальные ресурсы, выделенные Киеву «на контрнаступление», уже согласованы с Конгрессом. А большинство населения США такую поддержку поддерживает. После того, как первые последствия экономической бури разгребли, и инфляция в стране «устаканилась», исчезли и многие претензии к Байдену.

Сейчас его рейтинг вырос и составляет порядка 42%. Для президента США – это мало. Но это много для Байдена, особенно для Байдена годовой давности, когда он, как казалось тогда многим, вел страну на русские рифы.

То, что русские рифы никуда не делись, и расчет Вашингтона не оправдается, способна доказать только одна группа сил – ВС Российской Федерации. Сейчас их победы могут влиять на внешнюю и даже внутреннюю политику США в большей степени, чем за всю историю РФ (но не России).