Западное оружие привлекли к террору против Донецка



Западное оружие привлекли к террору против Донецка


Фото: Владимир Гердо/ТАСС

Вот уже несколько дней Украина подвергает Донецк особо ожесточенным артиллерийским обстрелам. Участие в этих обстрелах принимают теперь в том числе западные артиллерийские установки. Ежедневно гибнут мирные люди, и невозможно понять чудовищную логику этих обстрелов. Тем не менее эта логика есть – как есть и способ их прекратить.

В последнюю неделю рекордно вырос уровень обстрелов украинской артиллерией жилых кварталов и гражданской инфраструктуры Донецка и вообще всей Донецкой агломерации. Такого не было с 2014-2015 годов. В Донецке только вчера 10 погибших, обстреляны все районы города, целый квартал снесен пакетом украинского «Града». Карта прилетов в понедельник покрывает практически весь миллионный город, в том числе и тыловые и центральные районы, которые даже в самые тяжелые времена ничего подобного не испытывали.

С первого дня специальной военной операции раздается один и тот же вопрос: почему не прекращены обстрелы Донецка? Почему они только усиливаются, а жертв становится все больше? И если речь идет об обеспечении безопасности ДНР, то почему линия фронта не отодвинута от Донецка настолько, что это исключит применение Украиной ствольной артиллерии и РСЗО по городским кварталам?

Во-первых, и это самое главное: тот участок фронта, который непосредственно граничит с городом Донецком и Донецкой агломерацией, с украинской стороны наиболее укреплен. Он всегда был перенасыщен тяжелой артиллерией и РСЗО. В некоторых местах (Марьинка, Курахово, Пески, Опытное, аэропорт) украинские позиции практически в километре от черты города Донецка. А чтобы прекратить обстрелы, их надо отодвинуть минимум километров на сто, что по факту означает выход к Днепропетровской области Украины.

Во-вторых, штурмовать этот участок в лоб никто и не планировал. Донецкий участок фронта с самого начала не был направлением главного удара. Стратегия оперативных окружений на том и построена, что должна приводить к образованию котлов из статичных укрепрайонов ВСУ. Несколько абсурдная – на эмоциях – попытка милиции ДНР прорвать фронт в Марьинке уперлась в пресловутый террикон, который украинцы восемь лет укрепляли. После двух недель попыток то ли его захватить, то ли обойти – фронт в Марьинке стабилизировался.

В-третьих, вся украинская тактика с 2014 года была построена на широком применении артиллерии и РСЗО, поскольку именно этого добра в распоряжении ВСУ исключительно много. Тотальная бомбежка всего, что движется, была и остается единственной доступной тактикой для ВСУ. Они как в 2014-2015 годах закидывали населенные пункты Донбасса снарядами, так и сейчас продолжают это делать, поскольку ни артиллерия, ни снаряды у них не кончаются – так много было оставлено здесь еще в советские времена.

Наконец, напомним – ведь еще несколько месяцев назад ВСУ готовились в Донбассе к наступательной операции. И в Донецке с Луганском готовились не просто к обстрелам, а вообще к уличным боям в миллионном городе. И тогда нынешние жертвы – а каждый день в Донецке есть погибшие от украинских обстрелов – показались бы комариным укусом.

Зачем же ВСУ тратят такое большое количество снарядов для бессмысленного с военной точки зрения обстрела городских кварталов и гражданской инфраструктуры?

Сразу откажемся от предположения, что украинские артиллеристы – безрукие неудачники, которые целятся по позициям противника, но постоянно попадают по гражданским. Именно артиллеристы в ВСУ – наиболее подготовленная и обученная военная специальность. Так исторически сложилось.

Террор – наиболее привычное и во многом правдивое объяснение. Беспокоящий артиллерийский огонь по жилым кварталам – всегда и во все времена был исключительно средством террора, то есть должен наводить страх на мирное население, подрывать социальную и политическую стабильность и разлагать войска противника, которые чувствуют беспокойство за своих родных в тылу. Если исходить от определений ООН, такие обстрелы ничем не отличаются от «обычной» террористической практики типа убийств из-за угла, подрывов чего-нибудь в тылу или захвата заложников.

Но существующие в ВСУ масштабы обстрелов гражданских объектов не могут быть вызваны только потребностями террора и пропаганды. Также не все объяснимо банальной ненавистью. Да, факты сознательного расстрела населенных пунктов по принципу «ненавижу москалей» есть во множестве. Солдаты и офицеры, набранные с Западной Украины и из некоторых центральных областей Украины, порой в принципе не считают жителей Донбасса за людей.

Из этой же линейки и предположение, что убийство гражданских и удары по городской инфраструктуре должны спровоцировать ВС РФ и милицию ДНР на резкие наступательные действия в лоб против хорошо укрепленных позиций ВСУ напротив Донецка и у Авдеевки. То есть именно на то, чего союзники старательно избегают.

Да, можно допустить, что некоторая часть украинского командования, в том числе командующий артиллерией центрального участка фронта, может такое планировать. Но обстрелы города не приводят к никаким социально-политическим потрясениям в ДНР. Дело даже не том, что все уже к этому привыкли, хотя и это присутствует, но накопилась «подушка социальных ожиданий»: жители Донецка готовы еще немного потерпеть до полной победы. Восемь лет ждали, еще немного осталось.

Есть также мнение, что огромной массе украинской артиллерии, сконцентрированной вокруг Авдеевки, просто нечем заняться. И тут срабатывают подряд сразу все психологические факторы – от бытовой ненависти до мести и террористической специфики.

Таким образом, похоже, речь идет о некоем синергическом эффекте, в котором сошлись и пропагандистские маневры, и тактическая расхлябанность, и расистская ненависть, которой переполнены нацбаты и ВСУ. Во всем этом может не быть никакого смысла, кроме иррационального стремления причинить противнику как можно больше боли, зла и разрушений.

Отдельный разговор о роли западных дальнобойных орудий, которые были поставлены ВСУ и в некотором количестве достигли позиции залпа. В первую очередь речь идет об американских 155-мм гаубицах М777, получивших в Донбассе кличку «три топора». Их довольно много: по разным источникам – более 110. Большинство из них было поставлено непосредственно из США и лишено цифровой системы наведения, которая позволяла бы использовать высокоточные активно-реактивные снаряды Excalibur. То есть это просто большая пушка.

Американцы боятся, что российская армия может такую гаубицу захватить вместе с цифровой системой управления огнем (СУО). Но были сообщения, что якобы более дружественная к Украине Канада передала ВСУ четыре экземпляра «трех топоров» с цифровой СУО и какое-то количество «Экскалибуров». И якобы новая электронная прошивка позволяет вести огонь именно высокоточными снарядами на расстояние до 70 километров. Проверить эти сообщения сложно, но представляется, что Канада вряд ли бы решилась на такой поступок в обход позиции Пентагона.

По некоторым сведениям, в том числе именно «три топора» ведут хаотичный огонь по жилой застройке Донецка.

В то же время уже есть и потери американских пушек от ответного контрбатарейного огня с применением российских боеприпасов «Краснополь». Министр обороны Сергей Шойгу на коллегии министерства во вторник, 7 июня, заявил, что уничтожена уже 21 единица гаубиц М777 (из них две – вчера). Если ВСУ готовы тратить дорогостоящее западное вооружение для хаотичного и терроризирующего огня по гражданским объектам – это их проблема. Россия же получает полезный опыт реального противодействия современной артиллерии производства США.

Ответ со стороны союзников может быть только один. Пока основные силы ВСУ на участке Донецк – Авдеевка не окружены и не потеряли возможность снабжения извне, необходимо методично и последовательно выбивать артиллерийские позиции противника. Да, это рутинная работа, но альтернативы нет. Установили позиции украинских «Мсты», РСЗО или американских М777 – и накрыли их чем-нибудь. Есть уверенность, что в ближайшее время проблема артобстрелов Донецка будет все-таки решена.