Россия лишит Украину монополии на мову



Россия лишит Украину монополии на мову


Фото: Владимир Синдеев/ТАСС

Эксперты поспорили о необходимости изучения украинского языка в новых регионах России


Минпросвещения продолжает работу над учебниками украинского языка, которые отправятся в новые регионы России. Предполагается, что школьники смогут изучать мову как факультативно, так и в качестве родного языка. Сообщения об этом вызвали бурную дискуссию в Сети. В чем заключаются аргументы и контраргументы сторон? И какой в целом должна быть политика России в отношении украинского языка?

Накануне стало известно о том, что Минпросвещения РФ создало учебное пособие по классическому украинскому языку для младшеклассников. Также специалистами министерства разрабатывается такое пособие для учеников средней школы. Об этом сообщил первый заместитель министра просвещения России Александр Бугаев.

«По пятым–девятым классам работа тоже в полном разгаре, поэтому, как мы и говорили, соответствующие материалы, учебные пособия будут готовы. Преподавание у нас ведется на русском языке, но изучение украинского как родного, равно как и других языков народов РФ, – мы для этого создадим все условия», – цитирует ТАСС заявление Бугаева.

В школах ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей дети смогут изучать украинский язык как родной или в качестве факультатива. Формат будет зависеть от решения в каждом конкретном регионе, пояснил Бугаев. По его словам, в основном обучение в этих регионах ведется на русском языке.

«Это правильно, когда человек имеет право по желанию знакомиться и изучать свой родной язык. Мы готовим тот учебник, который действительно отразит всю красоту, всю чистоту того традиционного украинского языка, который в советский период изучался в лучших наших педагогических традициях», – добавил собеседник агентства. Однако реализация этого плана вызвала острую дискуссию в Сети еще на этапе разработки учебника.

В частности, как отмечает публицист и историк Егор Холмогоров, «мова была инструментом конструирования «анти-России», и любой школьник, который полезет читать тексты на ней вне рамок школьной программы легко в этом убедится». «Зачем отнимать ради «брехни Тараса» часы изучения «строчек из Александра», в которых даже про Украину сказано гораздо красивей?» – добавил публицист, апеллируя к стихотворению Иосифа Бродского «На независимость Украины».

В свою очередь зампред Мосгордумы, тележурналист Андрей Медведев задался вопросом о том, что подразумевается под формулировкой «классический украинский язык», если еще 100 лет назад его не существовало. Он напоминает, что в разных регионах были свои версии мовы («кулишовка», «драгомановка»), а на Западной Украине до определенной поры и вовсе использовался русский язык.

«Так вот какой язык детям хотят втюхать? А главное, зачем? Если это даже вариант украинского, которым писал, скажем, Остап Вишня, то это язык, порожденный большевистской украинизацией. Я не то, чтобы ворчу или удивляюсь. Я хочу логику действий понять», – отмечает Медведев.

С другой стороны, как отмечают опрошенные газетой ВЗГЛЯД эксперты, даже во времена Российской империи появлялось немало произведений, которые по современным меркам считаются «украинской классикой». Среди них можно выделить поэму «Энеида» драматурга и участника Русско-турецкой войны 1806-1812 годов Ивана Котляревского. Причем поэма имела приложение в виде «Словаря малороссийских слов».

Сюда же можно отнести «первую украинскую» оперу «Запорожец за Дунаем» Семена Гулак-Артемовского. Ее премьера состоялась 14 апреля 1863 года в Мариинском театре Петербурга и имела успех. Сам Гулак-Артемовский был видной фигурой: ученик Михаила Глинки, солист сперва Императорской русской оперы, а затем московского Большого театра. Помимо этого, он увлекался статистикой и составил «Статистические географические таблицы городов Российской империи».

В советские времена эти традиции получили свое продолжение. Данный процесс не обошелся без перегибов (как в случае с политикой коренизации и украинизации Киева, а также городов Новороссии), однако

на выходе Россия получила целый пласт колоритной культуры, которая по своему содержанию стала неотъемлемой частью русской цивилизации.

«Поэтому украинский язык, если у кого-то есть такое желание, может изучаться в школах как один из диалектов русского языка. На мове написано множество хороших литературных текстов. А значит, все это наследие нам нужно сохранить», – сказал газете ВЗГЛЯД депутат Госдумы Анатолий Вассерман.

Схожей точки зрения придерживается депутат Госдумы, секретарь регионального отделения партии «Единая Россия» в Херсонской области Игорь Кастюкевич. «Люди в новых регионах считают себя неотъемлемой частью России. Они хотят и стремятся к скорейшей интеграции. Но многие из них, в том числе дети, говорят на украинском языке. Мы не можем не учитывать этот факт», – считает парламентарий.

«В Запорожской и Херсонской областях украинский язык будет изучаться факультативно. Соответственно, все методические и учебные пособия должны быть разработаны нашими профессионалами. Мы должны привить детям любовь к региону и стране, воспитать в них стремление к развитию и созиданию вместо ненависти и разрушения. И историю они должны учить ту, которая была на самом деле. Поэтому учебники нужны», – считает Кастюкевич.

В то же время депутат парламента ДНР Владислав Бердичевский считает создание учебника «бесполезной затеей», потому что «украинский язык не выдерживает конкуренции с другими». «Но мы не дикари, в России никто никакие языки не запрещал и запрещать не станет. У нас есть множество местных языков, потому что Россия свободная и многонациональная страна», – добавил он.

Эксперты также обратили внимание на опыт Крыма, где украинский язык в соответствии с конституцией республики стал одним из трех государственных – наряду с русским и крымско-татарским. При этом на мове в Крыму учится всего лишь 197 человек (0,1%), в то время как на русском языке – 222 тысячи, а на крымско-татарском – 7,3 тыс. школьников.

«Крымский вариант – идеален, он является примером полной языковой свободы, причем абсолютно немыслимой для той же Украины. У людей должно быть право выбора – какие языки, помимо русского, они хотят изучать. Чем больше языков, тем лучше. Во-вторых, украинский язык с его певучестью и колоритом – это такая же часть русской культуры, как и многие другие языки России», – добавляет киевский политолог Владимир Скачко.

Собеседники также отмечают, что официальным ведомствам России не помешало бы распространять украиноязычную информацию на сопредельных территориях, подконтрольных ВСУ. «Так сложилось, что многие граждане Украины могут в быту общаться на русском языке и смотреть российские сериалы, но официальную информацию они воспринимают на мове, – полагает правозащитница, экс-депутат Николаевского областного совета Лариса Шеслер. –

Соответственно, некоторые ведомства могли бы успешно доносить свою точку зрения на украинском языке».

Кроме того, как указывает киевский политолог Алексей Нечаев, России в целом необходимы специалисты со знанием мовы для решения задач в области безопасности, потому что проблема украинского национализма, учитывая его поддержку странами НАТО, в обозримой перспективе никуда не денется. «Например, для разведки необходимо внедрение агентуры в различные структуры и организации противника – а значит, нужны специалисты, которые могут произнести слово «паляниця» без рязанского акцента, как сказал бы Штирлиц», – иронизирует Нечаев.

«Для военного дела тоже нужны специалисты, особенно для расшифровки донесений и радиоперехватов. И для следствия они необходимы. Попробуйте допросить пленного гуцула где-то под Донецком – это то еще развлечение, потому что галичан даже в Виннице и Житомире с трудом понимают, не говоря о Киеве», – считает политолог.

Поэтому, добавляет эксперт, России необходимо лишить украинских политиков монополии на мову, разработав собственную, деидеологизированную и адекватную версию украинского языка. А во-вторых, Москве было бы логично иметь в своем распоряжении сразу несколько групп специалистов из самых разных сфер жизни, которые смогут переиграть противника на его же поле. «Откуда им взять все необходимые знания мовы? Правильно, из учебника. С него все начинается», – резюмировал Нечаев.