Границы России должны быть закрыты: США вступили в последний санкционный бой



Границы России должны быть закрыты: США вступили в последний санкционный бой


Фото: Vladfotograf/Shutterstock

США предложили странам «Большой семёрки» пойти на крайние меры и запретить весь экспорт в Россию, оставив лишь несколько исключений. Особой поддержки такая инициатива не получила, однако Вашингтон усиливает давление. Чем это грозит нашей стране и её гражданам?



Разочарование Вашингтона неэффективностью санкций против России достигло пика. В Белом доме прекрасно отдают себе отчёт в том, что наша страна активно задействует механизмы параллельного импорта и, хоть с трудом, но добывает то, что ей необходимо. Тут следует либо признать что выставит американцев откровенными глупцами, либо давить, как говорится, до талого. И США решили пойти, судя по всему, по второму пути. Администрация Джо Байдена предложила странам G7 ввести полный запрет на экспорт продукции в Россию. Сейчас действуют секторальные ограничения, Белый дом же хочет ввести тотальное эмбарго буквально с несколькими исключениями, которые касаются сельского хозяйства, медицины и некоторых других областей.

Такая инициатива, подчёркивает издание The Financial Times, большого энтузиазма в Европе и Японии не вызвала. Во-первых, это попросту невозможно, говорят источники британской газеты. Во-вторых, непонятно, как заставить весь остальной мир соблюдать такие драконовские рестрикции в обход ООН. Впрочем, нам не привыкать к тому, что Соединённые Штаты способны, поднапрягшись, заставить своих союзников/сателлитов (нужное подчеркнуть) выполнить. Поэтому впору задуматься: к чему приведёт полное эмбарго на западный экспорт в Россию. Нам море по колено или всё же проблемы есть, и они существенные?


Проблемы есть – бравировать рано


Эксперты, опрошенные Царьградом, сходятся в том, что наиболее негативно полный запрет экспорта отразится на сфере промышленного оборудования, в особенности средств производства. Невзирая на многолетние попытки искоренить зависимость от Запада в данной области, успехи пока довольно скромные.

Мы занимались импортозамещением, теперь «технологически суверенитетим». С 2015 года у нас действовала программа импортозамещения. По словам господина Белоусова, который курировал эту программу, на неё выделялось 3,5 триллиона рублей. В опубликованном официальном списке технологий, где мы должны добиться суверенитета, ровно те же названия, что были в списке 2015 года,

– отметил в комментарии Первому русскому главный редактор журнала «Геоэнергетика.инфо» Борис Марцинкевич.

Что касается энергетики, прежде всего для нас чувствительны санкции по оборудованию, связанному с морской и шельфовой добычей углеводородов, оборудованию для гидроразрыва пласта. Наши компании работают, пытаются всё наверстать. С какой скоростью это будет происходить, сказать сложно. Но, поскольку параллельный импорт никто не запрещал, предполагать, как это скажется на России в текущей обстановке, весьма затруднительно.

Если вы посмотрите статистику, насколько увеличились технологические поставки развитых стран в Турцию, Азербайджан, Грузию, Армению, Киргизию, Таджикистан, то удивитесь. Раньше в Таджикистане как-то с оборудованием для морской добычи нефти было плохо, а сейчас стало намного лучше,

– говорит аналитик.


Вырвать жало западному «копирайту»


Есть большая угроза и для фармацевтики. Как отмечают эксперты, компании из недружественных государств занимают более 50% рынка лекарств, в то время как русские фирмы – 36% (остальное обеспечивают поставщики из дружественных стран). Даже если драконовское эмбарго не коснётся фармацевтической отрасли, России срочно нужно предпринимать активные действия по импортозамещению лекарственных препаратов. Однако здесь возникает абсолютно искусственная проблема. И речь далеко не про отсутствие инвестиционных средств.

Наша политика пока не предполагает отказа от признания западной интеллектуальной собственности на территории России. Поэтому законно всё копировать и спокойно продавать на отечественном рынке сейчас затруднительно. Мы признаём вражеские патенты и почему-то стараемся быть слабее. Россия, по сути, подыгрывает западным компаниям – так называемым правообладателям интеллектуальной собственности.

Мы должны юридически признать их интеллектуальную собственность не собственностью. Как арабские цифры — не собственность Саудовской Аравии. Они есть и всё. У них нет правообладателей — потомков какого-нибудь халифа. Казалось бы, можно найти тех, кто может получать с каждого школьника по доллару за цифру, но все понимают, что это нонсенс,

– заявил в комментарии Царьграду руководитель Центра экономических исследований Института глобализации и социальных движений Василий Колташов.

Действительно, мы зависимы от зарубежного медицинского оборудования, хотя начинаем и сами производить некоторые вещи. Причём порой даже лучшего качества, чем западное, отметил Колташов. Импортных медикаментов у нас очень много. Частично проблему лекарств решают поставки из Индии, которая имеет другую патентную политику. Индусы патентуют только способы производства, а не сам препарат. А мы всё ещё по непонятной причине бережно относимся к привилегиям западных компаний.

Вся эта интеллектуальная собственность недружественных стран должна быть освобождена, чтобы всё, что можно делать, делалось здесь. И делалось законно. Не в таком формате, когда кто-то из крупных чиновников говорит: мол, мы разрешаем вам использовать пиратское программное обеспечение, незаконно копировать западные технологии. Сегодня вы разрешили, завтра повернули в другую сторону, а люди сядут в тюрьму за кражу «священной американской собственности»,

– подчеркнул эксперт.


Будем отвечать, но не стреляя себе же в ногу


Понятно, что в случае введения тотального эмбарго со стороны стран G7 велик соблазн ответить зеркально. Однако эта стратегия нежизнеспособна. Мы не можем вводить тотальный запрет на импорт – это спровоцирует острый дефицит множества товаров. Гораздо продуктивнее высасывать западные технологии с помощью параллельного импорта. Также нам невыгодно запрещать экспорт на Запад и зерна, и минеральных удобрений, и дизельного топлива. А вот что нужно сделать, так это повысить технологический уровень вывозимой продукции. Скажем, экспортировать не сырой лес, а продукцию деревообработки. Не сырую нефть, а нефтепродукты. И вот в таком формате ответные ограничения вполне логичны.

Нам крайне невыгодно запрещать что-то вывозить к ним. Потому что это сокращение нашей собственной торговли, она и так находится под давлением. Нам резоннее производить самим то, что мы покупали у них, но при этом не отказывать себе в удовольствии продавать на мировом рынке всё, что Россия способна произвести. В том числе дубликаты американских и европейских товаров. Если будут внесены изменения в законодательство, можно будет просто продавать копии западных продуктов дёшево и в огромных объёмах, создавая здесь рабочие места и производства,

– резюмировал Колташов.