«Напишите об этом»: Что на самом деле происходит в Харькове



«Напишите об этом»: Что на самом деле происходит в Харькове


Фото: Vyacheslav Madiyevskyy / Keystone Press Agency / Globallookpress

Военные действия на Украине по-прежнему на первых полосах всех новостных агентств. При этом обилие слухов и фейков многим не позволяет получить адекватную картину событий. Тем ценнее свидетельства очевидцев – тех, кто только что вернулся с войны и сам был непосредственным участником событий. О войне, трагедии мирного населения и о том, кто мешает эвакуации гражданских, – в эксклюзивном интервью «Первому русскому» одного из лидеров «Русской весны – 2014» в Харькове Сергея Моисеева, только что вернувшегося из зоны боёв.




Как шли до Харькова


Царьград: Сергей, насколько мы знаем, вы и группа политэмигрантов – участников «Русской весны» 2014 года вернулись освобождать Украину вместе с первыми колоннами вошедших русских войск. Было ли сопротивление? И как далеко продвинулись?

Сергей Моисеев: Как вы понимаете, просто так «зайти» нам бы никто не позволил: все мы – в списках «Миротворца». Поэтому зашли с нашей армейской колонной. Ещё 24 февраля утром, когда началась спецоперация. Заходили через пункт пропуска Лебяжье. Там был, правда, небольшой бой с пограничниками, но особого сопротивления не было аж до самого Харькова. А вот на подходах к городу всё началось по-взрослому: пошли настоящие бои. Потому что и СБУ, и нацики прекрасно понимают, что потеря Харьковской области с её промышленным и военным потенциалом для киевского режима – это настоящая катастрофа. Поэтому так держатся за Харьков и без большой крови его не отдадут.

Когда подошли к Харькову, на окружной был очень серьёзный бой. И первые потери, разумеется: подбили наш танк, несколько бэтээров, погибло около 10 наших ребят. Потом мы окопались в Черкасских Тишках (это село прямо рядом с Харьковом). Разумеется, нацики пытались всячески нас выкурить, постоянно происходили артиллерийские дуэли. Поэтому нам пришлось много маневрировать, уходить от ударов «Градов», от миномётов. Слава Богу, это удалось, и в нашей группе больше потерь не было.

Хочу уточнить важный момент. Мы не «заходим» в Харьковскую область, мы в неё вернулись. Мы же все харьковчане, здешние. И ещё в феврале 2014-го были среди тех, кто организовывал здесь «Русскую весну» – одну из самых мощных на Украине. Мало того что нациков пинками гоняли и флаг российский месяц над зданием администрации висел, так ещё и пытались провозгласить в Харькове, который когда-то, в 1922 году, был «первой столицей» УССР, альтернативную бандеровцам новую Украину.

Сергей Моисеев. Скриншот его страницы в vk.com

И это нам наверняка бы удалось, если бы не фактическое предательство местной власти – Кернеса и Добкина, или, как их прозвали в Харькове, «Гепы и Депы». Они пошли на сговор с Киевом, и скоро в город вошли каратели с Западной Украины, многие из которых практически не говорили по-русски. В итоге «Русская весна» была подавлена. Кого-то убили, кого-то арестовали (потом мы их обменяли на пленных вэсэушников). Многие, в том числе я, уехали в Россию.

Надеюсь, теперь Украина сможет избавиться от 8-летней нацистской оккупации: наша армия, как и в 1944 году, освобождает страну от нацистов. Ну, и мы, разумеется, вместе с ней.


Многострадальный русский город


Главный вопрос: какова ситуация в 1,5-миллионном Харькове с гражданским населением?

– Харьков уже несколько дней блокирован со всех сторон. Но наступление сдерживается – не столько сопротивлением противника, сколько тем, что наше командование приказало беречь гражданских. Мы же не фашисты! Чего не скажешь о нацбатах, да и о многих украинских военных, которые не только размещают технику и артсистемы в жилой застройке и оттуда долбят по нам, но и никого из гражданских в нашу сторону не выпускают. Представляете – не пропускают даже скорую помощь! То есть они фактически держат людей в заложниках.

У них по городу есть прямой приказ: заходить в любую квартиру, устанавливать пулемёты или гранатомёты, а при малейшем недовольстве хозяев – расстреливать их на месте. Если кто-то пытается сбежать из Харькова в нашу сторону – их тоже расстреливают прямо на выходе из города. Никаких гуманитарных коридоров использовать не дают. Выпускают только в сторону Львова, но по этой дороге, в основном, уезжают семьи нациков. Сами же они в большинстве остались воевать.

При этом потери у них в Харькове просто сумасшедшие! Если промониторить харьковские телеграм-каналы, то там сплошной и ежедневный «плач Ярославны». Наши вычисляют их точки скопления, а потом артиллерия их накрывает. Конечно, они кричат, что мы якобы бьём по школам и детским садикам, но это чушь. Потому что школы и садики с начала войны не работают, детей там нет, а вот нацики оборудуют там позиции. Понятно, с какой целью: если наши артсистемы их накроют, это потом отснимут и передадут на Запад как «неопровержимое доказательство» того, что русские, якобы, «стреляли по детям».

И как в таких условиях люди умудряются выживать?

– С трудом, если честно. Гуманитарная ситуация в городе действительно жуткая, и нам, как харьковчанам, больно на это смотреть. На той территории, куда уже вошли наши, свет отключён, воды нет – каменный век. Тепла нет тоже, люди мёрзнут. Еды нет. В магазинах пустые полки – всё смели в первые дни. Но жалко же людей! Поэтому наши солдаты сперва раздавали людям свои сухпайки, потом колбасу из колбасного цеха взяли, мясо из мясного и так далее. В Липцах под Харьковом раздавали – по куску мяса и две сосиски в одни руки. Крохи, но хоть что-то… Но этого, разумеется, мало, нужна организованная гуманитарная помощь. Один конвой зашёл на днях, но и этого мало.

Помимо еды средства гигиены нужны, лекарства. Потому что больница там есть, а лекарств нет, в том числе – нет инсулина для диабетиков. Там есть ещё дом для умственно отсталых детей, которых никто не вывез – 400 человек, их тоже надо кормить. Но прежде всего – подключить электричество, уж не знаю как – хоть из России тянуть. Потому что как электричество появится, 70% проблем сразу снимется. Напишите об этом!

Понятно, что не дело армии решать все эти проблемы людей. Поэтому ещё занимаемся тем, что устанавливаем органы власти на местах. К примеру, назначили начальника сельской рады в Липцах – наш парень по имени Вадим. Но как только он приступил к работе, в Харькове арестовали его брата. Вот так они действуют! Теперь брата надо ставить на обмен вместе с нашими военнопленными.


Обыкновенный фашизм


Прошла информация, что нацики заминировали реактор в Харьковском физико-технологическом университете, намереваясь взорвать и заявить, что радиоактивное заражение города произошло из-за попавшей русской ракеты.

– Доподлинно не знаю, но это вполне возможно. Нацики ведь тут в основном приезжие. Поэтому к Харькову относятся, как к чужому городу. И более того – как к русскому городу. Поэтому ни людей, ни города им не жалко. Наверняка, когда будут убегать, то постараются оставить после себя выжженную землю – по принципу «не доставайся же ты никому». Так что превратить ради информационного хайпа на Западе русский Харьков в радиоактивную помойку – по своим мозгам они это вполне могут. Особенно если команда от кураторов поступит. А тем Харькова и вовсе не жалко.

Проблема ещё в том, что с харьковским мэром Тереховым наши вроде бы даже предварительно договорились о сдаче города, чтобы избежать там боёв. Но тут из Киева прислали всем руководить Арсена Авакова, которому одному подчиняются «нацбаты». А на Авакове, как известно, крови столько, что на пощаду он не рассчитывает. Тем более говорят, что для таких военных преступников снимут мораторий на смертную казнь. Поэтому ему терять нечего, и пока этих гадов не перебьют, конца этому кошмару не будет.

Раненному в бою под Харьковом бойцу оказывают первую медицинскую помощь. Скриншот страницы Моисеева в vk.com

С «нацбатами» ясно. Ну а с ВСУ непосредственно контактировать приходилось? Насколько мотивированы и боеспособны они?

– Эти, конечно, куда менее мотивированы, хотя «отмороженных» и там хватает. Но многие вэсэушники уже сообразили, к чему дело идёт. Поэтому они сейчас переодеваются в гражданское и пытаются пролезть через наши боевые порядки. В том числе – попасть в Россию. Мы троих таких переодетых поймали. Одного я охранял – он провоевал в Донбассе 6 лет, и когда спросил его «зачем?», то ответил: «Я просто бабки зарабатывал – 15 тыс. гривен в месяц (порядка 45 тыс. рублей)». Спрашиваю его: «А это ничего, что деньги эти кровью пахнут?» – пожимает плечами: мол, «ничего личного, только бизнес». Такие вот там «патриоты» и «херои».

Кстати, ещё мы захватили установку «Град» – целёхонькую и вместе с экипажем. В самом начале, как только вошли, гляжу – «Град» едет навстречу. Один. На него и внимания поначалу не обратили, а я говорю: «Смотри, это же укроп! У него флажок укропский». Взяли их, оказалось – ехали обстрелять нашу колонну. Но вышло несколько по-другому. К счастью.


Как быть?


Много говорят о том, что за 8 лет людей даже на русской Харьковщине распропагандировали настолько, что многие нам откровенно не рады. Как быть с этим?

– Не совсем так. Там, где зашли мы, население нас встречало со слезами. Конечно, были 2-3 человека, которые пытались что-то говорить против, но увидев мой украинский паспорт, тут же заткнулись. Я им говорю: «Вы что думаете – это Россия к вам пришла? Это я домой вернулся!»

Да, с людьми надо говорить. Поймите: они 8 лет жили под бандеровской пропагандой, а теперь ещё война, лишения, шок, и из каждого утюга объясняют, что «русские виноваты». А у кого лучше всего говорить с ними получается? У нас, их земляков, которые участвовали в «Русской весне», а затем вынуждены были скрываться в России. Я сам, когда заняли деревню под Харьковом, собрал митинг, показал свой украинский паспорт – и люди сразу стали оттаивать, воспринимать информацию, и больше никаких вопросов не было.

Спрашивали многие: можно ли проехать в Россию? Потому что им внушали: в Россию никого не пускают. Объяснил людям, что если паспорт и документы на машину имеешь – пустят без вопросов. Без документов, ясное дело, не впускают, потому что многие вэсэушники, как я уже сказал, переодеваются в гражданское и пытаются въехать в Россию. А зачем нам там их «спящие ячейки» нужны?

Словом, я уверен, и это хотелось бы донести до командования спецоперацией, что к воинским частям очень желательно прикомандировать политэмигрантов с Украины из соответствующих областей (а их в России немало). И тогда будет гораздо легче достучаться до простых людей и сделать многих обманутых нашими союзниками. А Украину освободим – дайте срок. Можете в этом не сомневаться.