Россия применит агрессивный метод повышения доходов от нефти



Россия применит агрессивный метод повышения доходов от нефти


Фото: Егор Алеев/ТАСС

Москва вводит новые меры ради преодоления нефтяных санкций, объявленных Западом – и на этот раз речь идет о введении весьма мощных инструментов. Российские нефтяники сделают то, что от них ждали давно – сократят добычу черного золота. Какой эффект это будет иметь и для мирового рынка нефти, и для бюджета России?

Цены на нефть взлетели на 2,5 доллара после сообщений о том, что Россия сократит добычу в марте на 500 тыс. баррелей. В прошлом году добыча нефти в России, вопреки многим прогнозам, выросла на 2% – до 535 млн тонн, или 10,7 млн баррелей в сутки. Однако серия новых санкций со стороны Запада заставляет Россию предпринимать контрмеры.

«На сегодняшний день мы полностью реализовываем весь объем производимой нефти, однако, как и было заявлено раньше, мы не будем продавать нефть тем, кто прямо или косвенно придерживается принципов «ценового потолка». В связи с этим Россия в марте добровольно сократит добычу на 500 тыс. баррелей в сутки. Это будет способствовать восстановлению рыночных отношений», – заявил вице-премьер Александр Новак. При принятии дальнейших решений Москва будет действовать исходя из складывающийся ситуации на рынке, добавил он.

Получается, что в марте Россия может снизить добычу нефти до 9,3–9,4 млн баррелей в сутки. В январе-феврале ожидается добыча на уровне 9,8–9,9 млн баррелей в сутки.

С 5 декабря Европейский союз запретил использование поставляемых Западом услуг морского страхования, финансирования и брокерской деятельности при поставках российской нефти морским путем по цене выше 60 долларов за баррель. А с 5 февраля ЕС также ввел запрет на закупки российских нефтепродуктов и установил предельные цены.

Какой эффект это окажет на мировой рынок нефти? «Снижение добычи на 0,5 млн баррелей в сутки существенно для глобального баланса спроса и предложения, оно должно привести к росту мировых цен на нефть, скажем, на 3–5 долларов за баррель при прочих равных условиях»,

– считает Рональд Смит, старший аналитик «БКС Мир инвестиций».

Однако есть факторы, которые могут нивелировать это сокращение. «Ранее нефтяной картель ОПЕК нередко в целях достижения баланса спроса и предложения на нефтяном рынке сокращал добычу нефти на 400–500 тыс. баррелей в сутки, основную «нагрузку» чаще всего брала на себя Саудовская Аравия. Однако это было до того, как в США случилась сланцевая революция. И сегодня сокращение добычи на 500 тыс. может быть быстро восполнено ростом добычи нефти в США. Поэтому не исключено, что цены на нефть могут остаться в текущем коридоре в 80–90 долларов за баррель, даже в случае сокращения добычи Россией», – говорит Наталья Мильчакова, ведущий аналитик Freedom Finance Global.

«Вероятнее всего, что текущее повышение цен на нефть до 86 долларов – это предел. Причина – в замедлении мировой экономики и возможности глобальной рецессии», – считает Артем Деев, руководитель аналитического департамента AMarkets.

Однако есть факторы, которые могут поднять цены на нефть. Для этого нужен рост спроса. И он возможен со стороны Китая, а также Индии. Если спрос вырастет на дополнительные 500–600 тыс. баррелей в сутки, цены на нефть могут снова вернуться к 100 долларам за баррель и даже подняться выше, не исключает Мильчакова.

В пользу России могут сыграть страхи на рынке. «Со временем рынок может воспринять шаги российского правительства как намек на то, что добыча может быть уменьшена и дальше, и таким образом в мировые цены на нефть может вкрасться премия за риск», – полагает Смит.

Более того, добавляет он, может даже сократиться дисконт Urals из-за сокращения предложения российской нефти на рынке для тех, кто может и хочет ее купить. Плюс есть вероятность падения спроса на нефтяные перевозки, и это уменьшит высокие премии, которые получают сейчас перевозчики, рассуждает эксперт.

«Это создаст ситуацию, когда клиентам как минимум будет не так выгодно торговаться с нашей страной. Покупатели по-прежнему будут требовать скидку от наших компаний, и она будет предоставляться. Но, возможно, со временем скидка все же станет меньше», – отмечает Деев.

Чистый эффект для российских нефтяников он оценивает от нейтрального до позитивного.

«Если ценовой эффект будет таким, как мы ожидаем, то сокращение добычи на 5%, скорее всего, будет полностью или с избытком компенсировано ростом цен реализации для российских нефтяных компаний, а налоговые поступления могут даже вырасти.

Российское налоговое законодательство устроено таким образом, что налоговые поступления, как правило, более чувствительны к изменениям цен, чем к изменениям объемов», – ожидает Смит.

И все же есть риск, что мировые цены на нефть не будут в этом году расти, и это будет влиять на состояние российского государственного бюджета. «Нефтегазовые доходы могут оказаться примерно на 1 трлн рублей ниже запланированных 9 трлн рублей, если сократится только объем добычи нефти, а цены останутся на текущем уровне. Если предположить, что дефицита нефти не будет, а цены соответственно упадут ниже 60 долларов за баррель, то Россия получит нефтегазовых доходов меньше на 1,5–2 трлн рублей, при этом дефицит бюджета превысит запланированные 2,9 трлн рублей», – прогнозирует Мильчакова.

По ее оценке, нивелировать последствия эмбарго и «потолков цен» на российскую нефть России удастся только в 2024–2025 годах. То есть для полной переориентации экспортных потоков понадобится еще один-два года. Только после этого можно будет быть уверенными в том, что Россия нашла новых стабильных потребителей своих углеводородов, заключает эксперт.