«Готовы сражаться, если султан даст приказ»

«Готовы сражаться, если султан даст приказ»

Начнется ли война Турции и России в Сирии

Россия и Турция, которые еще недавно открывали вместе газопровод, огибающий Украину, да и вообще дружили против Запада — оказались в шаге от войны.

Камнем преткновения стал сирийский Идлиб — провинция, которая граничит с Турцией. И на которую у Анкары свои виды. Это последний крупный анклав на территории страны, неподконтрольный Дамаску.

В январе-феврале силы президента Сирии начали серьезно теснить боевиков Идлиба. Правительство одержало серьезную победу — взяло трассу из Дамаска в Алеппо, которую не контролировало с 2012 года. И зачистило крупнейшие оплоты боевиков на север от этого города.

Но Турция оказала повстанцам серьезную поддержку и на днях вступила в огневой контакт с армией Башара Асада. Для «ответки» туркам и их союзникам были задействована даже российская авиация.

И, хотя пока Турция еще не говорит о прямом столкновении с Россией, ситуация крайне напряженная и уже потребовала вмешательства Франции и Германии.

К оглавлению

Что произошло 20 февраля

Ситуация взорвалась 20 февраля — в Украине, правда, эти события прошли почти незмеченными из-за истории в Новых Санжарах.

Турция в этот день начала открытую переброску армии к линии столкновения в Идлибе. Начался артобстрел позиций сил Асада. После чего поддерживаемые турками боевики на танках атаковали сирийцев и прорвали их оборону на нескольких участках.

После этого в дело включились российские фронтовые бомбардировщики Су-24. Что позволило сирийцам отбить атаку и восстановить позиции.

Противник, по словам россиян, вследствие авиаудара потерял танк, шесть БМП и пять «джихад-тачанок» — пикапов с укрепленными на них пулеметами.

У турецкой стороны — свое видение стычки.

Газета Sabah, которой владеет зять президента Реджепа Эрдогана, пишет, что 20 февраля в атаке на сирийские позиции наряду с повстанцами участвовал турецкий спецназ. Счет погибшим турки вели в свою пользу: по их данным, потери противника — 50 человек, а турецких военных при авиаударе погибло лишь двое. Еще пять — тяжело ранены.

Правда, официально в Турции отрицают, что понесли урон именно от россиян. Анкара утверждает, что имела дело с ВВС Сирии. То есть у Эрдогана пока избегают формального повода для разрыва с Россией.

Тем не менее к войне за Идлиб Анкара готовится основательно.

Еще в феврале Турция начала усиленно снабжать оружием и техникой местных боевиков. Они получили, в частности, переносные ракетно-зенитные комплексы, которыми уже сбили два сирийских вертолета. А 19 февраля — накануне описанной выше стычки — Реджеп Эрдоган заявил о готовности начать военную операцию против сирийских войск (а значит, и россиян) в Идлибе.

С чем связана такая активность?

К оглавлению

Почему срываются «Идлибские соглашения»

Идлиб — сирийская провинция на северо-западе страны, которую Анкара еще в начале войны «за сирийское наследство» планировала сделать подконтрольным себе буфером. Невзирая на то, что это международно признанная территория Сирии.

Розовым цветом на карте указаны территории, отвоеваные у боевиков силами Асада за последний месяц. На сером фоне — территория под контролем боевиков

Однако с тех пор ситуация серьезно изменилась: Асад при поддержке России вернул себе контроль на 65% сирийских земель. А Турция разругалась с Западом и вступила в альянс с Ираном и РФ по вопросу Сирии, да и по многим другим. Не упуская, впрочем, из виду главную цель — контроль над ближайшими к себе территориями Сирии, Курдистаном и Идлибом.

С курдами вопрос решился относительно недавно путем компромисса с Россией.

Компромисс же по северо-западной территории выглядел так: Турция контролирует Идлиб до момента, пока в Сирии не соберется Конституционный комитет, который зафиксирует новые реалии сирийского государства. То есть с учетом тех территориальных раскладов, которые будут актуальны на тот момент.

После чего Дамаск должен будет провести выборы президента. Причем в Анкаре говорили, что будут иметь дело и с Асадом, если тот на них победит.

Турок эти условия устраивали, поскольку до всех этих политических вещей было еще далеко.

В 2018 году эту историю формализировали: были заключены Сочинские соглашения, по которым Турция обязалась навести в Идлибе порядок. А именно — зачистить радикальных боевиков и оставить лишь умеренных, разблокировать трассы на Алеппо с подконтрольных Асаду территорий и создать зону безопасности для совместного с россиянами патрулирования.

Однако практически ничего сделано не было. Почему — есть разные мнения. От нежелания Анкары до отсутствия реальных возможностей. Впрочем, пока Асад зачищал другие территории, вопрос бездействия Турции в Идлибе не поднимался.

Ситуация начала меняться через год после соглашений в Сочи. Войска Асада начали поджимать Идлиб с юга и срезать отдельные выступы. Чего не могло произойти без отмашки Москвы. В Сирии на возмущения Турции тогда заявили, что Эрдоган так и не поставил ситуацию в Идлибе под контроль — поэтому свою часть сочинской сделки он не выполнил. А значит, нет обязательств и у Дамаска.

Было видно, что к уже упомянутым выше конституцинным процессам Сирия хочет подойти с максимально восстановленной территорией. В идеале — с выходом на турецкую границу в районе Идлиба. Чтобы в итоге идти на как можно меньшее количество уступок.

К февралю сирийские войска перешли в масштабное наступление: заняли десятки населенных пунктов и вышли на ключевые трассы, ведущие в Алеппо. А также выбили боевиков с северных окраин этого города, после чего взяли ряд населенных пунктов уже за его пределами. И начали окружать наблюдательные пункты турецкой армии.

«Впервые за 8 лет, город Алеппо полностью обезопасен со всех сторон, а восточная часть Анаданской равнины переходит под контроль правительства. Это серьезно меняет военно-политический расклад сил в Сирии, усиливая переговорные позиции официального Дамаска и его давление на северные, оккупированные Турцией территории у границы», — объяснял важность момента украинский политолог Илья Куса.

То есть открывалась прямая дорога к выходу сирийских войск к границе. Тогда милитаристкую риторику начал накалять и турецкий президент.

«Наше терпение подходит к концу. Мы сказали России, что если вы не прекратите бомбардировки, мы сделаем то, что считаем нужным», — заявил Эрдоган.

Прорвало этот нарыв 20 февраля. Однако теперь очевидно, что громогласные заявления Турции — следствие не ее силы, а наоборот — ослабления позиций в Идлибе. И судя по отпору, который дали туркам в том числе и россияне — Асад и его союзники не намерены позволять Анкаре вернуть утраченное.

Однако Эрдоган продолжает говорить о вероятности войны. И даже обратился за помощью к США. Пойдет ли он на более серьезное обострение по Идлибу вплоть до открытого и масштабного вторжения турецких войск с перспективой боестолкновений с Россией?

К оглавлению

Будут ли воевать Турция и Россия?

С одной стороны Эрдоган говорит, что его войска из Идлиба не уйдут. И пригрозил «решительными действиями» Асаду, возобновляя критику сирийского президента, которой давно не звучало.

«Кто привел Сирию к крови, террору и слезам, ответит перед человечеством. Наше государство велико, наш народ и отечество святы», — заявили в администрации Эрдогана.

Сам же президент заявляет, что готов воевать в любой момент.

«Если страны, с которыми мы ведем переговоры, не сделают в Идлибе то, что нужно, мы сделаем это сами. Результата дискуссий, который бы нас удовлетворял, пока не видно. Мы полностью готовы к собственной операции в Идлибе, это только вопрос времени, можем начать действовать в любую минуту, это жизненно важно для нас», — сказал Эрдоган. И намекнул, что Дональд Трамп в курсе его планов.

Одновременно турецкие власти пытаются договориться с Москвой. Президенты двух стран провели телефонные переговоры, в Кремль полетела делегация и министр иностранных дел Турции. Общаются и начальники генштабов обеих стран.

Пока неизвестно, чем закончились эти консультации. Однако видно, что Анкара готова их продолжать. Эрдоган дал согласие провести 5 марта большой саммит с Меркель, Макроном и Путиным для решения проблемы.

Параллельно Турция пытается сыграть на противоречиях РФ и США в сирийском вопросе. 20 февраля в американской прессе появилась информация, что Анкара предложила поставить американский зенитно-ракетный комплекс Patriot на южной границе Турции — вблизи Идлиба. Чтобы сбивать российские самолеты, атакующие турецкие войска.

Позже информацию о таком запросе подтвердил глава минобороны Хулуси Акар. Однако пока решений в США не принимали.

«Мы в курсе запроса на ракеты Patriot в Турции вблизи сирийской границы, но решения пока нет. Мы продолжим вести переговоры с турецкими властями по тревожной ситуации в Идлибе», — сообщил представитель Пентагона.

Неизвестно, чем закончится история с «Патриотом» — Эрдогану в США вряд ли доверяют после его антиамериканских выпадов. Однако Турция — страна НАТО, а дело касается России, и поэтому вмешательства американцев исключать нельзя.

С другой стороны очевидно, что если Анкара начнет сбивать самолеты РФ — это будет означать разрыв отношений между двумя странами, которые в последние годы стали довольно плотными.

Слишком много вложено в совместные проекты двух стран за последнее время. Начиная от газопровода «Турецкий поток», заканчивая поставками Турции российских ЗРК С-400. Да и российский рынок и туристы для Турции — огромная статья доходов.

А разрыв может быть серьезным — вплоть до прямого военного столкновения. В лучшем случае — на территории Сирии (и прецедент уже есть), в худшем — ударами по турецкой территории, с которой предположительно могут сбивать российские самолеты.

Все это может привести к непредсказуемым последствиям уже не только для Идлиба, но и для всего мира. И особенно для Турции, которая сейчас и без Идлиба ведет еще три военных кампании: в курдской Рожаве (Сирия), в Ираке и Ливии.

Скорее всего поэтому обе стороны попытаются снова прийти к компромиссному решению. Которое мы вероятно увидим уже 5 марта.

Правда, не стоит ожидать от России и Асада каких-то серьезных уступок. Эрдоган имеет сейчас в Идлибе более слабую военную позицию, чем раньше. К тому же его отношения с той же Германией и вообще союзниками по НАТО сильно испорчены. И в альянсе уже дали понять, что если турки открыто начнут военные действия на территории Сирии и получат там ответный удар со стороны россиян, это не будет считаться нападение на Турцию и другие члены НАТО в войну не вступят.

Поэтому максимум, на который может рассчитывать Анкара — это некая военная пауза и актуализация сочинских договоренностей (вывод радикальных боевиков и расширение зоны безопасности) — но уже с учетом новых реалий.

К оглавлению

Хотят ли турки воевать?

В самой Турции идея вязывания страны в масштабную войну в Сирии большой популярностью не пользуется. Особенно, среди населения крупных городов, где опасаются в связи с этим еще больших проблем в экономике и еще большего наплыва сирийских беженцев.

«Турки не хотят войны. Прежде всего людей сейчас заботит экономика, цены на все растет, курс доллара тоже, а зарплаты — нет. В том числе и из-за участия в сирийской военной кампании. Многие считают это авантюрой Эрдогана, которые постоянно говорит, что мы готовы ударить в любой момент. Но если наши солдаты продолжат погибать в Сирии, тогда недовольство народа будет очень сильным. Граждане Турции — националисты в большинстве своем, вспыльчивые и готовы защищать родину. В то же время все понимают, что поскольку Россия поддерживает Асада, то придется воевать с русскими. А это опять же удар по турецкой экономике, ведь только недавно Эрдоган и Путин открывали газовую трубу, в Турции отдыхает много россиян, и вот теперь уже снова чуть ли не враги. Ситуация очень шаткая, может в любой момент полыхнуть. Но то, что большинство людей не хотят войны, это сто процентов», — сказал «Стране» турецкий журналист Сертач Аксан.

В то же время среди части турок, особенно среди которых популярен Эрдоган, царят более воинственные настроения.

«Это, в основном, бедные набожные жители села, которые с именем Аллаха и Эрдогана готовы воевать, если «султан» даст сигнал. А у Эрдогана такие настроения только подогревают, считая, что война отвлечет от проблем в экономике и поднимет его падающий рейтинг», — говорит турецкий политолог Селим Сазак.

Александра Харченко

Комментарии