Трамп доигрался: Иран уже к лету будет с ядерной бомбой

Трамп доигрался: Иран уже к лету будет с ядерной бомбой

Остановить его может только удар США и Израиля. Но внезапности нападения препятствует Россия

С Ближнего Востока все отчетливей тянет Апокалипсисом. Очередным зримым свидетельством этого 7 января 2020 года, в разгар празднования православного Рождества, стал внезапный прилет президента Владимира Путина в Сирию и его незапланированная встреча с главой этой страны Башаром Асадом.

А уже в ночь на 8 января Иран объявил о массированном ракетном ударе по американской военной базе, развернутой в иракском Айн-аль-Асаде. Иранские государственные телеканалы называют операцию местью за убийство генерала Касема Сулеймани.

Но — обо всем по порядку.

Сначала в ответ на убийство американцами Сулеймани Иран заявил об одностороннем отказе от последнего из остававшихся крупных ограничений на развитие его ядерной программы в рамках Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) — на количество центрифуг, работающих для обогащения урана. Тем самым Тегеран красноречиво продемонстрировал всему миру стремление буквально за считанные месяцы воплотить в жизнь главный кошмар Израиля и Соединенных Штатов — обзавестись первой собственной атомной бомбой.

На этот демарш президент Дональд Трамп прореагировал мгновенно и без тени сомнений. Примерно так, как он же несколько дней назад легкомысленно приказывал ликвидировать Сулеймани. В своем Twitter Трамп написал: «У Ирана никогда не будет ядерного оружия».

Очевидно для того, чтобы это не выглядело пустой бравадой, с 7 января Пентагон приступил к переброске стратегических бомбардировщиков В-52 с их основной авиабазы Барксдейл в штате Луизиана на остров Диего-Гарсия в Индийском океане. В тот же день трансконтинентальный перелет совершили первые шесть огромных боевых машин.

А в штате Юта на авиабазе Хилл проведены самые масштабные маневры с участием многоцелевых истребителей пятого поколения F-35, входящих в состав 88-го и 419-го истребительных авиаполков. В воздух одновременно были подняты сразу 52 самолета. Отрабатывались меры по нанесению поражения наземным средствам ПВО условного противника.

Одновременно в повышенную степень боевой готовности приведена армия Израиля. Что в подобном политическом контексте выглядит вполне логичным: кроме как массированными ударами с воздуха иранскую ядерную программу, видимо, теперь не остановить никому.

В ожидании ответных мер со стороны персов в тот же день Морское управление США выпустило официальное предупреждение капитанам всех коммерческих судов в связи с угрозами со стороны Ирана на Ближнем Востоке. В документе говорится: «Персидский залив, Ормузский пролив, Оманский залив, Аравийское море, Красное море, Аденский залив и Индийский океан — угроза коммерческим судам от Ирана и его марионеток».

По информации арабского издания «Аль-Маядин», во избежание поражения иранскими противокорабельными ракетами берегового базирования приказ немедленно отойти на несколько сот километров от побережья Ормузского пролива получили американские боевые корабли во главе с авианосцем «Гарри Трумэн». Распоряжение уже с готовностью выполнено.

Похоже, Тегеран понимает, чем все это для него пахнет. И, складывается впечатление, — всячески пытается оттянуть почти неизбежную развязку. Постпред этой страны при ООН Маджид Тахт-Раванчи заявил, что Иран, оказывается, вовсе не добивается обладания ядерным оружием, несмотря на самовольное прекращение выполнения ядерной сделки. Вот цитата из интервью постпреда телеканалу PBS: «Нет, мы не заинтересованы в создании ядерного оружия. У нас есть очень четкий религиозный запрет на ядерное оружие от нашего верховного лидера».

Но тогда к чему эти угрожающие и демонстративные «телодвижения» с центрифугами? Напомню: согласно полетевшему по инициативе Трампа в тартарары соглашению от 2015 года, Иран брал на себя обязательства хранить на территории страны не более 2% своего обогащенного урана (это всего около 300 килограммов). А еще — сократить количество используемых центрифуг с 20 000 до 5 000 единиц и не производить обогащенный уран, пригодный для создания ядерного заряда. В обмен на подпись под этими ограничениями Западом были разморожены счета иранского правительства в зарубежных банках на общую сумму свыше 100 миллиардов долларов.

Свои миллиарды, конечно, Тегеран давно перепрятал куда-то понадежней. В остальном соглашение уже давно не работает. Еще в ноябре 2019 года президент Хасан Роухани заявил о начале закачки газа в центрифуги на заводе по обогащению урана в Фордо на уровне 5%. По данным Организации по атомной энергии Ирана, до заключения ядерной сделки в 2015 году уран обогащался на объекте в Фордо до 20%.

После убийства Сулеймани ничто не мешает Ирану свой страшный для американцев и израильтян комбинат тайно вернуть на давно освоенный уровень работы. Что тогда?

Рассчитано: такого уровня чистоты ядерное топливо комбинат способен производить с темпом до 43 килограммов в месяц. Для создания одного полноценного ядерного заряда требуется приблизительно 250 килограммов. Выходит, первая своя «ядреная бомба» у персов может появиться уже через пять-шесть месяцев. Где-то — к лету-осени 2020 года.

А что касается религиозного запрета духовного лидера на создание ядерного оружия… Сегодня он, возможно, и в самом деле есть, этот запрет. А завтра, когда созреют технические условия в Фордо, завет главного аятоллы может смениться на ровно противоположный. В конце концов, чтобы накопить необходимое количество обогащенного до достаточной степени урана персам все же требуется некоторое время. До этого можно (и даже нужно, с точки зрения большой политики) заверять ООН в чем угодно!

Вряд ли США и Израиль останутся молчаливыми и покорными зрителями в этом очень драматическом театре. Сухопутное вторжение в Иран для ликвидации ядерной угрозы со стороны коллективного Запада абсолютно исключено. Слишком сильна, обучена и отлично оснащена современным оружием 350-тысячная армия персов. К тому же значительная ее часть получила ценнейший боевой опыт во время боевых действий в Сирии.

По мнению заокеанского издания The National Interest, несколько видов вооружений, которыми располагает Иран, являются «смертельно опасными» для американских военных. Это баллистические ракеты «Саджил» с дальностью до 2500 километров, подлодки «Гадир», антикорабельные ракеты «Халидж-е Фарс» и российские ЗРС С-300.

Да и в соседнем Ираке американцев давно и заслуженно не любят. Скорее, в подобном чисто гипотетическом военном конфликте нынешний Багдад выступил бы на стороне любого противника США на Ближнем Востоке. Что резко раздвинуло бы пространственные рамки подобной войны.

Остается единственное относительное быстрое и относительно надежное решение ядерной проблемы Ирана — мгновенная, сокрушительная и совместная с Израилем воздушно-космическая операция по полному уничтожению всей ядерной промышленности Ирана. Но и тут все выглядит очень шатко для Пентагона.

Как считает аналитик консультационной фирмы HIS Jane`s Скотт Джонсон, несколько лет назад оценивший возможные риски по заказу военного ведомства США, при подобном обороте событий союзникам придется атаковать четыре основных объекта на территории Ирана — обогатительные комбинаты в Натанзе и Фордо, реактор для производства «тяжелой воды» в Араке и фабрику по производству гексафторида урана в Исфахане. Но и тут шансы на успех операции невелики.

Во-первых, главная «заноза» для американцев и израильтян — обогатительный комбинат в Фордо — весьма предусмотрительно устроен в глубине мощной скалы. А основные объекты завода в Натанзе защищены бетонными колпаками толщиной до 10 метров.

Во-вторых, чтобы, скажем, израильтянам атаковать ядерные объекты на территории Ирана, их самолетам предстоит пролететь как минимум по одному из двух маршрутов. Или используя воздушные коридоры над Турцией и Саудовской Аравией. Или выбрать путь, проходящий над Иорданией и Ираком. В обоих случаях не обойтись без дозаправки в воздухе. Кроме того, учитывая политические проблемы США с Турцией и Ираком, рассчитывать на гостеприимство их воздушного пространства вряд ли возможно. Одно это однозначно выводит авиацию Израиля из игры. Остаются только Соединенные Штаты. А самым опасным для Ирана становится направление удара со стороны Индийского океана. То есть — как раз оттуда, куда 7 января перелетели первые американские стратегические бомбардировщики.

В-третьих, с 2016 года боевые возможности системы противовоздушной обороны Ирана значительно выросли. Произошло это после того, как Россия после долгих сомнений политического характера все же поставила в эту страну четыре дивизиона очень современных зенитно-ракетных С-300 ПМУ-2. Прошедшего с той поры времени должно было хватить боевым расчетам персов, чтобы надежно освоить это сложное оружие.

В-четвертых, стоит обратить особое внимание, считаю, на состоявшийся 6 января 2020 года срочный телефонный разговор министра обороны России Сергея Шойгу с начальником Генерального штаба Вооруженных Сил Ирана Мохаммадом Багери и директором национальной разведывательной организации Турецкой Республики Хаканом Фиданом. Как скупо сказано в официальном сообщении Минобороны РФ по этому поводу, военачальники обсудили «практические шаги по недопущению эскалации обстановки в Сирии и в ближневосточном регионе в связи с убийством под Багдадом командующего спецподразделением „аль-Кудс“ генерала Касема Сулеймани».

Но демонстрация решимости со стороны Москвы этим не ограничилась. Сенсационно отложив празднование Рождества, 7 января в Дамаск, тесные взаимосвязи которого с Тегераном для всех давно очевидны, как уже сказано, в сопровождении истребителей Су-35 экстренно вылетел президент России Владимир Путин. Вместе с Шойгу глава нашего государства «направился на командный пункт группировки войск Вооруженных сил РФ в Сирийской Арабской Республике, проехал по улицам Дамаска». Об этом проинформировала пресс-служба Кремля.

Какими могут быть «практические шаги» с нашей стороны в нынешней ситуации? Москва, конечно, не станет военной силой открыто вмешиваться в назревающий конфликт США и Ирана. Но и в тихом окопе наша армия тоже наверняка не останется, предоставив расхлебывать заваривающуюся кашу одним только российским дипломатам.

В организации ПВО Ирана есть вещи, в которых мы, не особенно рискуя, способны оказать персам негласную, но просто неоценимую помощь при внезапном массированном нападении с воздуха. Прежде всего — оперативной информацией о складывающейся в Индийском океане, в Средиземном и Красном морях обстановке.

Для этого как нельзя кстати может пригодиться мощный локатор расположенной в Сирии российской ЗРС С-400 «Триумф». А еще — первая российская загоризонтная радиолокационная станция «Контейнер», только в нынешнем году приступившая к боевому дежурству в Нижегородской области и входящая в нашу Систему предупреждения о ракетном нападении. Радиус зрения этой мощнейшей РЛС — до 3000 километров. Что позволяет надежно наблюдать за огромным воздушным пространством от Арктики до Ближнего Востока.

Естественно, даже это может грозить новыми политическими проблемами во взаимоотношениях Москвы с Вашингтоном и Тель-Авивом. Но в то же время стоит ясно понимать, что в случае начала реальных боевых действий в небе над Ираном нам точно не удастся отсидеться в сторонке. Слишком много для Москвы завязано на отношения с Тегераном. От вопросов ценоообразования на нефть на всех биржах мира до самой возможности продолжать свою операцию в Сирии.

Ведь для поддержания боеспособности российской группировки в этой стране настоящей «дорогой жизни» является авиабаза Хмеймим. Добираться до нее самолетам Военно-транспортной авиации РФ приходится через Каспий, а далее — над Ираном и Ираком. Если начавшаяся война надолго перережет эту снабженческую «пуповину», операцию в Сирии Москве придется сворачивать. Одни только немногочисленные большие десантные корабли и вспомогательные суда Военно-Морского флота РФ выручить не в состоянии. Они и так работают на пределе.

Для нас такой поворот событий на Ближнем Востоке все мгновенно поставит с ног на голову.

Но как же быть с иранской ядерной бомбой, появление которой у режима аятолл было бы очень некстати и для России тоже? А это теперь, увы, куда в большей степени обязаны решать другие. Прежде всего — сам Дональд Трамп, который за последнее время наворотил в этих краях больше, чем любой слон в самой тесной посудной лавке. Выход один — каяться перед персами и упрашивать их поскорее заключить новую «ядерную сделку».

Да, это унизительно для самодовольной Америки. Но получить по лбу ближневосточной «ядреной бомбой» ей же будет намного больней.

Сергей Ищенко

Комментарии