Киев готовится к войне и этническим чисткам на Донбассе?

Киев готовится к войне и этническим чисткам на Донбассе?

Не в первый раз на Украине поднимают тему урегулирования ситуации в Донбассе в контексте… «хорватского сценария». И ничего случайного в этом нет. Недавно так называемый вице-премьер-министр Украины, министр по вопросам реинтеграции временно оккупированных территорий Алексей Резников отправился в Загреб, чтобы изучать «опыт Хорватии в сфере деоккупации и реинтеграции оккупированных территорий».

«Сейчас Минреинтеграции работает над государственной политикой деоккупации и реинтеграции временно оккупированных территорий Украины ― частей Донецкой и Луганской областей и Крымского полуострова, ― заявил Резников. ― Опыт Хорватии очень важен для нас в рамках безопасной реинтеграции. Украинский и хорватский народы связаны, наши страны имеют одинаковые судьбы… Вы пережили оккупацию и восстановили суверенитет, пока же Украина переживает сложный период ― возвращение оккупированных Россией Донбасса и Крыма. Республика Хорватия и дружественной хорватский народ являются ярким примером самоотверженной борьбы за свою свободу и достоинство».

Представители хорватской власти в ходе встречи рассказывали украинской делегации о методах захвата Сербской Краины, применявшихся 25 лет назад. Впрочем, о «хорватском опыте» украинские спецы говорят ещё с 2014 года, судя по всему, не очень понимая всю крамольность подобных высказываний. Или попросту забыв историю операции «Буря».

Война в Югославии действительно имеет общие черты с ситуацией на Украине. Однако события в Югославии считаются гражданской войной (сначала затянулось отделение территорий, а затем уже начались антисербские конфликты). На самом деле Югославия пережила не одну, а четыре войны. Сербы относительно комфортно чувствовали себя в составе СФРЮ в хорватском территориальном образовании. Но отношения между самопровозглашённой Хорватией и остатками Югославии изначально перешли в войну.

Почти как на Украине до и после Майдана. Положения у Сербской Краины в хорватском государстве и русских Донбасса на Украине действительно достаточно похожи. Да и между Хорватией 1990-х и современной Украиной много схожего: в обоих государствах господствует идеология национализма с примесью пронацистских коллаборантов 1940-х.

Дело в том, что в период развала Югославии в Хорватии ориентировались на антисербскую риторику усташей (хорватские нацисты, в период Второй мировой войны ― большие друзья Гитлера, запомнившиеся жестким геноцидом сербов и евреев). Сравните это с опорой на бандеровцев, которую ввел еще предыдущий глава украинского государства Петр Порошенко. В это же время в 1990 году Книнская Краина (территория Хорватии, где компактно проживали сербы) провела референдум о суверенитете и автономии, 99,7 проц. участников которого высказались «за». Спустя год объединенная республика Сербская Краина объявила независимость.

В 1994 году война прекратилась, перемирие дало шанс так называемому плану «Загреб-4», согласно которому Книнская Краина получала автономию в составе Хорватии. От этого предложения руководство республики Сербская Краина отказывалось. К ноябрю там планировали завершить интеграцию с Югославией. Впрочем, переговоры краинских сербов с хорватами по экономическим вопросам лишь отвлекали внимание от реального урегулирования конфликта. В частности, обсуждалась перспектива открытия дорожной магистрали через Западную Славонию. Осенью стали работать совместные комитеты: проводились переговоры по возвращению беженцев, выплате пенсий, открытию железнодорожного сообщения. Все это очень походило на недавние инициативы Владимира Зеленского и украинской стороны в Донбассе: обмен пленными они до сих пор считают громадным прорывом в украинско-донбасских отношениях.

В 1995 году посол США в Хорватии Питер Гэлбрайт предложил РСК и Хорватии план, предполагавший автономию для Книнской Краины, а для Западной и Восточной Славонии — полную интеграцию в состав Хорватии. Принятие данного плана хорватский президент Туджман для себя счёл политическим самоубийством, однако под давлением американских дипломатов пообещал рассмотреть его в отдалённой перспективе. По мнению сербов, положения предлагаемого договора не гарантировали сербскому населению защиту от притеснений по национальному признаку. Тем не менее президент РСК Милан Бабич, находясь в Белграде, сделал заявление, что Краина готова принять несколько скорректированный вариант плана, и призвал Хорватию к отводу войск.

Вот этот забытый историей план и позволяет говорить на Украине, что существует некая модель мирной реинтеграции «хорватского сценария», которая подходит Киеву. Правда, то, что эта модель не работает, Резников и дипломатические круги умалчивают. А работает как раз военный вариант…

Параллельно с мирными переговорами с хорватскими сербами Хорватия в 1994 году заключила договор о военном сотрудничестве с США. Вот тут уже более похоже на украинскую историю: Киев подписал военный договор с Пентагоном еще в 2016-м. Перед известной операцией «Буря» была «Молния»: 1–3 мая 1995 года хорваты захватили Западную Славонию, входившую в состав Сербской Краины. Мир на этот агрессивный и жестокий акт никак не отреагировал.

Это была генеральная репетиция «Бури». В начале августа 1995-го на помощь хорватской армии пришли подразделения Боснии и Герцеговины (там были свои счеты с сербами). Сербские источники сообщают, что во время эвакуации сербского гражданского населения с завоеванных хорватами территорий хорватская армия и ВВС обстреливали колонны беженцев. Это подтверждает и ООН. Вообще, в современной исторической науке бытует мнение, что целью операции было изгнание сербов, живших на этой территории: четверть миллиона сербов бежали в Сербию и Республику Сербскую.

Западная история не сохранила ни одной претензии к вероломному нападению хорватов. Вялое осуждение Евросоюза? Хорватия уже семь лет как член ЕС. Госсекретарь США Уоррен Кристофер и вовсе возложил вину за кровопролитную «Бурю» на сербов, которые, по его мнению, спровоцировали хорватов наступлением на Бихач. Что, собственно, и следовало ожидать.

Такое впечатление, что Алексей Резников и вообще все украинские представители, которые муссируют тему «хорватского опыта», принимают своих граждан за исторических дальтоников. Нет и не было никакого «мирного хорватского сценария»: Загреб присоединил к себе Сербскую Краину военным путем и благодаря всесторонней поддержке Штатов. Украинские дипломаты недвусмысленно сигнализируют Вашингтону, что не прочь пойти по тому же пути. Потому как «мирный сценарий» ― те же Минские соглашения ― их явственно не устраивает.

Далее произошла зачистка территории: идеологическая, политическая, культурная. Никакого сербского языка и сербской самоуправляемой территории в Хорватии не осталось. Лидеры Сербской автономии предстали перед судом. Против всех президентов РСК в дальнейшем были выдвинуты обвинения в Международном трибунале по бывшей Югославии (МТБЮ). Милан Бабич был обвинён в изгнании людей по политическим, расовым либо религиозным мотивам и приговорён к 13 годам заключения, но совершил самоубийство в 2006 году. Его преемник на посту президента республики Милан Мартич был приговорён к 35 годам заключения.

Остатки РСК (Область Срема и Бараньи с 1995 и Область Срема, Бараньи и Восточной Славонии с 1996 года) просуществовали в виде автономий под управлением ООН до включения в состав Хорватии в начале 1998 года. По данным Саво Штрбаца, главы неправительственной организации «Веритас», после интеграции эти территории покинуло значительное количество сербов — почти 80 тысяч человек.

Сверхзадача любого государства-агрессора в отношении отделяющейся от него республики ― «выжить» из него всех несогласных. В хорватском случае ― сербов. Национализм во всей красе. В Донбассе, как известно, всегда проживало не просто русскоязычное, а русское большинство. Владимир Зеленский и дипломаты все больше говорят о какой-то «широкой автономии»… прямо как хорватские власти в 1994–1995 гг. Не получилось выжить сербов мирным путем ― пришлось применять «Бурю».

Вот и ищет Киев новые сценарии для своего сериала, как, судя по всему, воспринимает ситуацию на Донбассе. Жизни людей в случае воплощения в жизнь подобных «сценариев» примерно равны положению «массовки». Не так давно министр иностранных дел Дмитрий Кулеба присматривался к «карабахскому сценарию», продемонстрировав полное отсутствие дипломатического такта и заявив, что Украина на стороне Азербайджана. Это в тот момент, когда весь мир призывает Ереван и Баку усесться за стол мирных переговоров.

Не так давно политологи и эксперты во весь голос заявляли, что судьба Донбасса пока, похоже, следует по «приднестровскому сценарию». Владимир Зеленский поспешил опровергнуть такие домыслы: мы, дескать, не считаем, что конфликт с ДНР и ЛНР будет заморожен по примеру Приднестровья и Молдовы. Хотя в сложившейся ситуации все действительно идет к «заморозке». Остро чувствуют это на Украине и пытаются вернуться в большую игру, хотя бы такими консультациями в Загребе. Чтобы хорваты научили, как мирно уничтожать сербов, а Штаты, подумав, разрешили очередную военную провокацию. Кстати, во время встречи в Загребе сами хозяева признали, что по прошествии 25 лет процесс реинтеграции в Хорватии еще не завершен. И сколько сезонов этого сериала про мнимую реинтеграцию понадобится Киеву?

Артём Бузила

Комментарии