Земля Санникова покажется курортом: Русский спасает жителей Крайнего Севера

Земля Санникова покажется курортом: Русский спасает жителей Крайнего Севера
Фото: из архива Ивана Черкашина

Экспедиция под руководством священника Александра Тылькевича совершила сложнейший поход на север Забайкальского края с гуманитарным грузом для жителей отрезанных от цивилизации деревень.

Хорошее дело дается трудно

В марте прошлого года гуманитарная экспедиция протоиерея Александра Тылькевича на север Забайкальского края едва не завершилась трагически. Шесть раз автотранспорт уходил под лёд, люди едва успевали выпрыгивать. Особо опасные участки ледового покрытия северных рек машины проходили с открытыми дверями. Но команда опытная, смелая, разговоров о том, чтобы прекратить экспедицию, даже не возникало. Бог миловал, экспедиция вернулась в Шилку благополучно.

Шилка – небольшой город в Забайкалье, точка, с которой начинаются и в которой завершаются все экспедиции Александра Тылькевича, настоятеля местного храма святых Петра и Павла. Сам священник со счёту сбился – сколько уже было гуманитарных экспедиций. «На севера» Тылькевич отправляется по несколько раз в год. Летом – на моторных лодках, зимой – по льду рек. Зимние экспедиции, считает священник, очень важны, так как можно увезти с собой больше гуманитарного груза.

Александр Тылькевич совершил сложнейшую экспедицию на север Забайкальского края с гуманитарным грузом для жителей отрезанных от цивилизации деревень. Фото: из архива Александра Тылькевича

Нынешняя экспедиция была запланирована на 18 февраля, но старт пришлось отложить на несколько дней по техническим причинам. Отряд добровольцев отправился на двух машинах – старом, отслужившем все сроки ЗИЛ-131, переоборудованном Тылькевичем под походный храм, и «Малыше» – пассажирской «Газели» на базе ГАЗ-66, тоже очень старой и много лет нещадно эксплуатируемой в гуманитарных целях.

С самого начала всё пошло не по плану. На сотом километре пути, возле поселка Нарын-Талача, неожиданно заглох двигатель 131-го, который, казалось бы, был капитально отремонтирован как раз под эту экспедицию и должен был вести себя надежно. Когда стало понятно, что работы не на один день, и неизвестно, удастся ли вообще оживить движок в походных условиях, Александр Тылькевич предложил разделиться на две группы. Первая, на «Малыше», продолжила путь, вторая, во главе с отцом Александром, осталась ремонтировать походный храм. Спали в машине, благо она оборудована печкой. Так промучились две недели. Александр Тылькевич тем временем мотался по всему Забайкалью в поисках запчастей.

Путь продолжила группа, которую возглавил иеромонах Павел (Гелястанов), насельник Новоспасского монастыря в Москве. С протоиереем Александром Тылькевичем иеромонах Павел познакомился, когда тот посещал монастырь. Шилкинский священник так интересно рассказывал о природе Забайкалья и о том, какие замечательные люди живут на «северах», что отец Павел загорелся мыслью когда-нибудь принять участие в такой экспедиции. Иеромонах, по собственному признанию, очень любит путешествовать. В 2012 году он участвовал в российско-антарктической экспедиции, год прослужил в православном храме в Антарктиде.

Александр Тылькевич со счёту сбился – сколько уже было гуманитарных экспедиций. Фото: из архива Аександра Тылькевича

Ремонт походного храма затянулся. В полевых условиях ничего сделать не получилось. Пришлось просить знакомых приехать и отбуксировать ЗИЛ обратно в Шилку. Двигатель несколько раз снимали и полностью перебирали, но он так и не заработал. Казалось бы, спасение пришло от местного умельца – он отдал двигатель от точно такого же ЗИЛа, собранный своими руками. Но и это ничего не дало – двигатель не заработал. Причину обнаружили слишком поздно – замёрзший конденсат.

Тем временем вездеход «Малыш», пройдя по вынужденно сокращённому маршруту до реки Каренги, уже вернулся в Шилку. До Чары идти не рискнули – Тылькевич объяснил, что этот отрезок очень рискованный, нужно проходить не меньше, чем на двух машинах, – чтобы было кому вытаскивать, если одна уйдет под лёд. И чтобы друг друга искать, когда запуржит, и ничего кругом не видно, непонятно, в каком направлении двигаться дальше.

Группа выполнила свою миссию – раздала гуманитарку нуждающимся, а отец Павел отслужил службы в сельских храмах, беседовал с местными жителями. В экспедиции также участвовал фельдшер из Чары Иван Черкашин. В некоторых селах не было медиков, и Александр Тылькевич пригласил Черкашина в поход на случай, если кому-то там понадобится медицинская помощь. С собой экспедиция везла медикаменты, закупленные на пожертвования неравнодушных людей.

Фельдшер из Чары Иван Черкашин, которого пригласил Александр Тылькевич в поход на случай, если кому-то там понадобится медицинская помощь. Фото: из архива Ивана Черкашина

Группа, возглавляемая отцом Павлом, останавливалась в селах Нижний Стан, Верхние Усугли, Вершино-Дарасунский, Тунгокочен. Последним населённым пунктом маршрута было небольшое село Усть-Каренга.

Когда первая группа вернулась, в поход – на том же «Малыше» – отправилась вторая группа во главе с Тылькевичем. Нужно было доставить полторы тонны груза – продукты, медикаменты, вещи, в том числе детские, памперсы. В эту экспедицию отвезли северянам много книг. Книги протоиерею Александру Тылькевичу передал схиархимандрит Илий, личный духовник Патриарха Кирилла. «Он нам помогает и молитвенно, и физически, книгами», – говорит шилкинский священник. Далеко не все из переданных книг – богословского содержания. Так, например, среди книг – книга о русском мате (очень актуальная), публицистическая книга «Вернуться в Россию» Решетникова и другие.

На обратном пути Тылькевич сотоварищи наблюдал первые пожары – как обычно для тех краев, рукотворные, возникшие из-за сельхозпалов. Пожары из-за палов – беда Забайкалья. Они практически ежегодно наносят большой урон природе, экономике, в пожарах сгорают целые села, люди остаются без крова. Пожалуй, только в 2018 году не было массовых пожаров – в тот год Забайкалье накрыло мощнейшее наводнение.

К оглавлению

«Душа радости просит…»

Иеромонах Павел (Гелястанов), участник экспедиции из Москвы:

– Об отце Александре и его экспедициях «на севера» я узнал несколько лет назад в интернете. Меня это заинтересовало. А однажды отец Александр сам к нам приехал, в Новоспасский монастырь. Пообщались. Это человек очень активный, энергичный, как свеча горит, и это горение передаёт другим. Мне тоже передалось. Я люблю путешествовать, был во многих местах. Даже в Антарктиде побывал.

По словам отца Павла, путешествие на север Забайкалья произвело на него большое, очень хорошее впечатление. Правда, не удалось, как планировалось, ехать всем вместе, так как одна машина вышла из строя в самом начале пути. На совещании было принято общее решение – не прерывать экспедицию, продолжить её на одной машине. Эту группу возглавил отец Павел. Но Александр Тылькевич продолжал руководить по сотовой связи, так как в группе были люди, не знавшие тех мест.

«Впечатления самые положительные, – говорит отец Павел. – Но осталось ощущение некой незавершённости. Не удалось полностью выполнить план экспедиции. Мы не рискнули в одиночку идти через перевалы. Там нельзя без второй машины, очень опасно».

Он очень много общался с местными жителями в тех селах, куда добирался их самодельный вездеход «Малыш». Разговаривали, по словам иеромонаха, не столько даже на религиозные темы, сколько на житейские. По словам отца Павла, люди там живут с ощущением заброшенности. В Усть-Каренгу, например, было время, самолёт прилетал каждый день и даже по два раза в день. Сегодня – хорошо, если два раза в месяц. А иначе зимой, по словам иеромонаха, на Большую землю не выбраться:

Раньше здесь многие были охотниками, хорошо зарабатывали, чувствовали себя людьми. Сейчас так много там не закупают пушнины. Живут небогато, и даже те деньги, что удается заработать, многие пропивают. Почему пьют? От ощущения, что никому не нужны. От того, что душа радости ищет и, к сожалению, находит утеху в алкоголе, потом остановиться не могут. Эвенкам и другим северным народам вообще пить нельзя. Быстро спиваются. Нужна какая-то программа [поддержки].

В храм на встречу с отцом Павлом приходили в основном женщины. А хорошо бы побольше общаться и с мужчинами, считает иеромонах. «Если мужчины сами в храм пойдут и поймут, для чего это, всё станет по-другому», – говорит отец Павел. А ещё он из общения с мужчинами понял, что им, если говорить о помощи, нужны, скорее, не продукты и вещи, а детали для моторок, инструменты. Другими словами, не рыба, а удочки.

Отец Павел беседует с прихожанами. Фото: из архива Ивана Черкашина

Также отец Павел встречался с детьми, рассказывал им о своей жизни и службе в Антарктиде. «Дети слушали с большим интересом, задавали вопросы, – рассказывает иеромонах. – О природе, о погоде, о животных, их интересовало всё, даже площадь материка». В шахтёрских посёлках отец Павел молился в храме обо всех погибших на шахтах, о том, чтобы не было больше аварий.

Такие экспедиции очень нужны. Там многие, особенно верующие, только ожиданием и живут. Им в их тяжёлой жизни очень нужна духовная помощь. Хотелось бы ещё побывать в тех местах. Тем более, что уже и лично меня приглашали. Отец Александр делает большое и важное дело. Типичный харизмат, способен людей увлечь, поднять в атаку, если нужно, — подчеркнул отец Павел.

К оглавлению

«Люди здесь здоровые, только пьют многие»

Иван Черкашин, фельдшер из Чары (Забайкальский край), участник экспедиции:

«В Тунгокочене есть ФАП, и люди в селе, как я понял, в основном здоровые – питаются натуральной пищей, вода там хорошая, чистая. А вот в Усть-Каренге хоть и тоже есть ФАП, но когда мы там были, он не работал.

Тунгокочен – небольшое поселение, медленно угасающее, но всё ещё цепляющееся за жизнь. Край животноводов, охотников и рыбаков. Связь и электричество тут ещё есть – правда, свет выключают на несколько часов в день. Интернет будто бы есть, но 2G, и работает только поздно ночью – загрузить фотографии или видео можно только чудом. Славная деревня, открытые люди, свой быт и совершенно другие, по нашим меркам, заботы.

Набор экспедиционного медика. Фото: из архива Ивана Черкашина

В Усть-Каренге я принимал посетителей в доме-зимовье, где расположилась на постой экспедиция. Заболеваемость в селе тоже невысокая. В основном там руки-ноги ломают. Но за такими больными прилетает санавиация. Пришёл мужчина с вывихнутым плечом. Я вправлять не стал, рискованно это в полевых условиях. Обезболил, дал мазь для втираний. Сказал, что ему надо ехать в больницу, в Читу – возможно, есть перелом, но это определит только рентген. Прибегали дети – за витаминками. Давал им аскорбинку. Из разговоров с местными жителями понял, что люди в Усть-Каренге в основном здоровые, болеть некогда, надо работать. Проблема другая – алкоголизм. Эвенки быстро спиваются, им пить нельзя. Но кто не пьет – здоровые люди. Там чистый воздух, охота, рыбалка, все держат хозяйство. Нас угощали домашним творогом, сыром, настоящим молоком.

По характеру люди более открытые. Живут не спеша, нет этой эпидемии потребительства. Прожили день, и слава Богу. Нас встречали с интересом, охотно и по-простому общались».

В экспедиции Черкашин познакомился и подружился с прекрасными людьми: «К нам присоединился иеромонах Павел (Гелястанов), служащий в Новоспасском монастыре в Москве. Батюшка весьма сильный молитвенник и крепкий духом человек – целый год служил в храме Святой Троицы на Южном Полюсе (полярная станция Беллинсгаузен).

Ещё с нами была прекрасная сестра Галина, уже в возрасте, но очень бодрая женщина, прекраснейший чтец и певчая, она вытаскивала всю службу (не священническую часть), добрая и отзывчивая, очень интересная, настоящая православная. Она заботилась обо всех членах экспедиции как о родных, готовила и убирала, и даже в самые трудные моменты не боялась и не показывала страха.

А ещё был Владимир, пожилой механик, но очень душевный и добродушный дядька, интересный и открытый, поддерживавший атмосферу радости и заразивший многих своим весёлым «Ой ё!».

Ещё брат Александр – суровый и крепкий внешне дядька, работающий в частном охранном предприятии, в душе тоже вполне веселый, добродушный, интеллигентный и открытый человек. Их разговоры с отцом Павлом о русской классической литературе можно было слушать часами. Он любил меня подкалывать, но делал это по-доброму и никогда не хотел обидеть.

Самое большое впечатление на Ивана Черкашина, по его признанию, произвел храм Всех сибирских святых в Усть-Каренге: «Очень красивый внутри. Незабываемый иконостас, исполнен под звёздное небо. И над храмом ночью тоже чистейшее звёздное небо. Природа там очень красивая. Могу только догадываться, насколько там здорово летом. Очень хочется ещё раз сходить в такую экспедицию».

По словам Ивана, священника из Шилки он знает давно: «Сам отец Александр когда-то служил с моим отцом в полиции, а затем, в начале нулевых, ушёл служить от царя земного к Царю Небесному, взял к своим троим ещё девять приёмных детей, открыл детский дом и начал поднимать местный приход».

К оглавлению

У Забайкалья – большой туристический потенциал

Андрей Чекрыгин, волонтёр, инструктор по туризму (Челябинск), участник экспедиции:

«Еще в 2018 году я услышал, что есть такой священник, который ездит на Север с гуманитарной миссией. Мне захотелось принять участие в такой экспедиции. В этот раз удалось. Мной двигало любопытство. Было интересно узнать, какие там, на «северах», живут люди, чем живут, познакомиться с культурой промысловиков и золотоискателей. Я увидел очень интересных, самобытных людей. Увидел, как живут люди на Севере.

В первую очередь, там тяжелые условия быта. Когда ты далеко от метрополии и хочешь не хочешь, должен полагаться на самого себя и людей рядом с тобой. Поэтому люди там выстраивают более крепкие социальные связи, без этого сложно. Там более тесный контакт с природой, замкнутый микроклимат. Все друг друга знают, и в определённом смысле твои проблемы – это проблемы всего сообщества.

Крестовоздвиженский храм поселка Тунгокочен. Фото: из архива Ивана Черкашина

Мне было интересно узнать, как в условиях оторванности от остального мира люди находят в себе силы и потребность заниматься подвижничеством, строят храмы… Нам не удалось дойти до Чары. В следующий раз хочу всё же попробовать добраться до тех мест. Там много очень хороших глухих маршрутов. Можно пешую экспедицию организовать. Природа там дикая, фантастическая. Туристический потенциал очень большой – как в организации сплавов, так и пеших походов. Есть на что посмотреть. В Чаре есть национальный парк, создана инфраструктура. Туда самолеты летают. Вопрос – в дальнейшем развитии туристического потенциала. С ростом доступности туристической инфраструктуры возрастёт и количество желающих посетить Забайкалье».

Андрей Беспалов

Комментарии