«Медведев боится»: Новый поворот в голосовании по Конституции

«Медведев боится»: Новый поворот в голосовании по Конституции

На фоне всех заявлений о том, как важно голосование по поправкам в Конституцию России Дмитрий Медведев допускает нарушения на голосовании. Он пришёл на избирательный участок в первых рядах, но без средств защиты: на нём не было ни маски, ни перчаток. В то же время одна из участковых избирательных комиссий допустила повторное голосование корреспондента «Дождя» Павла Лобкова – сперва он отдал электронный голос, а потом пришёл на пункт лично. До сих продолжаются и вбросы про «мракобесов», допустивших поправку о Боге в юридическом документе. Зачем нужны сейчас все эти провокации, анализировал политолог Сергей Михеев.

Я не знаю, насколько все эти инциденты связаны между собой. Что касается Медведева, почему он без маски и перчаток, – может быть, он боится, что его забудут. Ему надо, чтоб была картинка, я думаю, он рассчитывает на это. Вряд ли он думал о каких-то провокациях и так далее.

Что касается всех остальных – всевозможных Лобковых, Венедиктовых, обвинителей «мракобесов» и так далее – у них последний акт и последняя возможность снизить явку.

Они могли друг с другом и не договариваться, но в целом есть группа граждан, представляющих абсолютное меньшинство населения страны, но невероятно активных и претендующих на особое отношение к себе, плюс ко всему – местами мотивированных деньгами и связанных с внешними центрами влияния. Их цель – это дискредитировать сами поправки и процесс, связанный с их принятием, – снизить явку, в последний момент сделать так, чтобы люди не пошли голосовать, усомнились в правильности этих поправок и всё остальное. То есть в этом смысле да, это скоординированная ситуация, и сейчас у них есть последняя возможность снизить явку, в том числе – показывая, что якобы это всё плохо организовано, неправильно, ложь и так далее. Заодно пытаясь и по смыслам людям лапшу на уши вешать.

К оглавлению

Классическая технология цветных революций

Будет ещё один акт этой борьбы против поправок. Когда голосование закончится и если по его итогам поправки будут приняты, они начнут говорить о нарушениях, о том, что всё это было неправильно – в общем, будут ставить под вопрос результаты голосования. Это классическая технология, в том числе применяемая в разных сценариях цветных революций. Эту бучу обычно начинают выстраивать вокруг какого-нибудь голосования – или это выборы президента, или какой-нибудь референдум, или ещё что-то в этом роде. Всё равно что. Надо сначала перед голосованием говорить, что всё будет неправильно, не так и лучше бы этого не было, а после голосования говорить, что всё сфальсифицировано, результаты нечестные, цифры неверные и так далее. И у нас это будет совершенно точно, это неизбежно.

Ко всему прочему обычно подключается внешняя легитимация, надо обязательно заполучить какую-нибудь бумажку из-за кордона, которая будет подтверждать, что лучше бы голосования не было, а раз уж оно случилось, значит, всё это было неправильно. В принципе, такую бумажку уже пытались получить у так называемой Венецианской комиссии, которая проводит экспертизу разных подобных голосований и документов. Наша проблема в том, что мы когда-то подписались под все эти процедуры. Потому что Венецианская комиссия делает то, что она делала всегда и регулярно, но вопрос в том, что мы зачем-то до сих пор в этих соглашениях состоим. Зачем – я не очень понимаю. Как известно, Венецианская комиссия уже написала какую-то лабуду, и самое главное, что её не устроило, – это приоритет национальных законов над международными договорами. Что и требовалось доказать всяким мракобесам типа меня – это именно то, что больше всего их волнует, а всё остальное им побоку.

Что касается «поправки о Боге» и всех потуг её оспорить – ну, что делать, людей черти мутят и им не сидится на месте, надо кого-нибудь обвинить и покидаться грязью.

К оглавлению

Три пункта, которые бесят борцов с поправками

Я думаю, несмотря на всё это, поправки будут приняты, потому что абсолютное большинство людей ничего в принципе против этих поправок не имеет в нашей стране. Но есть гиперактивное меньшинство. Поэтому местами это просто какие-то казусы, – например, Медведев без маски, а местами – это компания, которая должна дискредитировать этот процесс, дискредитировать само по себе голосование. Им крайне важно застолбить мысль о том, что сами поправки приняты незаконно, а поэтому надо оспаривать их содержание и желательно в будущем привязаться к этому и сказать, что, мол, власть нарушила закон, а потом эти поправки вообще отменить.

В реальности их больше всего волнует не пункт о Боге – это, что называется, факультативно, – а три вещи. Первое – это повышение уровня суверенности государства, второе – утверждение традиционных ценностей как некой квазиидеологии, ценностных ориентиров. Как это будет реализовываться – это надо ещё посмотреть, потому что то, что в Конституции записано – это одно, а как это будет реализовываться – другое. Ну и третье – это конкретные вещи, направленные на ограничение участия людей с иностранным гражданством и видом на жительство в государственном управлении, политическом процессе и так далее. Эти три вещи их крайне волнуют.

Ну и плюс есть некоторые социальные составляющие – всё, что связано с МРОТ и уровнем жизни. Им, конечно, не очень приятно, что нынешняя власть делает подобные шаги, которые воспринимаются как правильные большим количеством людей. Установка оппозиционного меньшинства такая: всё, что делает власть, – тотально неправильно, против населения. А когда есть что-то, что будет очевидно полезно, – например, эта привязка МРОТ – это вызывает у них недовольство и раздражение, потому что они претендуют на то, что правы во всём они, а власть тотально во всём неправа.

Нечто подобное мы сейчас видим в США. Трамп – что бы ни сделал, что бы ни сказал, он во всём неправ, – а его противники – что бы ни сделали и что бы ни сказали, – они во всём правы. Как видите, методички одни и те же, только теперь это долетело ещё и до США.

И ещё один момент. Ранее мы обсуждали вопрос о преемнике Путина. Он с принятием поправок не отпадает. Преемник Путина рано или поздно всё равно должен появиться, потому что даже если Путин решит участвовать в ещё одних выборах, он всё равно не вечен. Физически просто не вечен, это невозможно. Преемник будет, вопрос только в том, на каком этапе это будет решаться. Это первое. А второе – я что-то не вижу гарантированной ситуации, при которой Путин точно пойдёт на выборы в 2024 году. Я не считаю, что этот вопрос полностью решён. Это может повернуться по-разному и будет зависеть и от внешних обстоятельств, и от внутренних.

И в этом смысле мне кажется, что наши оппоненты до сих пор чего-то серьёзно не догоняют. Потому что чем больше будет внешнее давление на Россию и попыток изнутри дестабилизировать ситуацию, тем больше вероятность того, что Путин останется. А чем более спокойной будет ситуация, тем меньше вероятность, что Путин останется. Он, скорее всего, сохранит какое-то влияние, и это может быть оформлено какой-то формальной схемой, как, например, это в Казахстане произошло, но будет меньше вероятность того, что он ещё раз пойдет баллотироваться.

За бугром этого то ли не хотят понять, то ли они считают, что эту тему надо качать в любом случае. С их точки зрения, это будет способствовать дестабилизации, а значит, ослаблению России. Но тогда надо совершенно чётко понимать, что ослабление России – любой России, при Путине или при ком угодно – это и есть главная цель всех тех, кто их поддерживает здесь, внутри страны.

Комментарии